— Вы моете подозреваемых перед допросом? Или отмываете их от крови после допроса?
— О чем ты говоришь, ведьма? Мы же не преступники, мы их задерживаем и изолируем от общества! — Возмущаюсь я.
— А зачем вам душ рядом с допросной?
— Нинель, он просто там расположен, так получилось при строительстве. А тебе нужно переодеться негоже в обществе неженатых мужчин ходить в таком виде.
— Пусть только слово скажут, мы с сестрами быстро их оженим.
— Нинель, я куплю тебе одежду пока ты принимаешь душ.
— Туфли я оставлю свои, специально к шабашу купила на распродаже, — девушка подняла ногу и показала Тирсену туфлю.
— Жуткие туфли, Нинель.
— Я знала, что тебе понравится, — девушка целует его в щеку и опять качается, Тирсену приходиться поддержать её.
— Судя по состоянию твоей метлы, добиралась ты сюда тяжело, — криминалист протягивает Нинель метлу.
— По сторонам бросало, ветер был сильный, — отвечает она, хлопая глазами, — веди меня в душ. Когда они уходят, все начинают громко смеяться, я сажусь на диван и отпускаю себя: «ветер был»… Как бы ни так! Как она в таком пьяном состоянии вообще долетела до управления? Судя по количеству грязи на ведьме, она прикладывалась о землю не меньше десятка раз.
— Я не слышал про ковен «Виноградная лоза», — говорит Нильс.
— Он мало известен, — отвечает Саймон, — узнаю шутницу Клару, она специально прислала ведьму из самого пьющего ковена. «Виноградная лоза» — ни на какие мысли не наводит?
— И что нам с этой пьяницей делать? — Возмущаюсь я.
— Не советую запрещать ей пить, но самим не поддаваться, вам нужно раскрыть преступления.
— Да, запретишь ей, ещё хвост в придачу к рогам вырастит, — и все, глядя на меня, начинают смеяться. — А вы — предатели, никто за меня не заступился, смешно им было, посмеялись? Все, хватит веселья, за работу, ведьма придет нужно показать ей материалы, у нас вариантов нет.
— Крепитесь, парни, — Саймон выходит из кабинета и закрывает дверь. Час спустя. Алек.
— Так, я готова приступить к работе, — Нинель открыла дверь и, устроив свою чистую метлу в углу, села на стул, вытащила из сумки фляжку открутила крышку и сделал глоток. А душ девушку преобразил, она зачесала волосы назад и заплела их в сложную косу, открыв красивый лоб, большие голубые глаза и прямой носик с веснушками, шорты сменили брюки на широком поясе, короткий топик — длинная рубашка с короткими рукавами, а на ногах матерчатые тапочки на толстой подошве.
— С чего хочешь начать? — спрашиваю я, — посмотришь бумаги?
— Нет, — отвечает она, — с трупов.
— Даже так? Ну, тогда пойдем в морг, — мы все встаем и направляемся к двери. Я бы и сам мог довести ведьму до морга, тем более, что он находится в правом крыле нашего управления, но разве запретишь коллегам. Для них ведьма — что-то неизвестное и загадочно-таинственное, хотя и я недалеко от них ушел, уж очень интересно посмотреть, что она увидит у трупов, если опытные криминалисты не смогли определить причину смерти. В морге нас встретил Киран, увидев ведьму, он заулыбался:
— Прелестная леди, и в нашем скорбном заведении.
— Веди нас к убиенным, не будем терять время на любезности.
— Какая строгая девушка.
— Киран, это наш консультант Нинель — ведьма, — нужно видеть вытянутое лицо Кирана, он хоть и давно работает в криминальном морге, но, уверен, ведьмы его ещё ни разу не посещали, да и в управлении ведьмы если и бывали пару раз за его существование, так свидетели их прихода уже давно на заслуженном отдыхе.
— С каких трупов желаете начать? — Ухмыляется Киран.
— С последних, — Нинель возвращает ухмылку. Киран откидывает простынь и ведьма подходит к столу, где лежит любовница. Роуз, красивая девушка, жаль умерла в столь юном возрасте. Нинель полностью снимает простынь с тела, сначала внимательно оглядывает его, а потом кладет одну руку на голову, а вторую на живот девушки, закрывает глаза и тут же слышится тихий треск. Мы все с огромными глазами наблюдаем, как из руки девушки начинает расти виноградная лоза, она опутывает все тело девушки и скоро обвивает его так, что оно оказывается в плотном коконе.
— Ну и что? — Ехидно спрашивает Киран.
— По телу ничего: никаких хронических болезней, полгода назад она лечила одну срамную болезнь, у ведьмы, вылечила полностью, ведьмы свое дело знают. А вот в голове пусто совсем.
— Как это? — Удивляюсь я.
— Пусто, ни воспоминаний, ни последних впечатлений, ни рефлексов, вообще ничего, мозг действенно чист, как у только что родившегося младенца. Лоза начала медленно расплетаться и будто втягивалась в руки Нинель, а потом совсем исчезла, и на теле убиенной никаких следов не осталось, даже волосинка на голове не дрогнула.
— И это без вскрытия? — Выдохнул Киран, — девушка, идите к нам в криминалисты, нам такие таланты очень нужны.
