Не знаю, стоит ли говорить, что я превратила близнеца Сориэла в пепел. Прямо сейчас фраза «Эй, кстати, я убила вашего брата» может дать непредсказуемый результат.
– Что? – вспыхивает Сориэл. – В Беларуси? Мой братец снова залег на дно? – Он ударяет кулаком по подлокотнику своего трона и выкрикивает что-то похожее на проклятие на незнакомом мне языке.
– Нет… эм-м, я убила его, – говорю я, искренне надеясь, что удар кулаком означает «Чтоб ты сдох, братец!»
Сориэл удивленно смотрит на меня.
– Именно поэтому я была так шокирована, когда вы вошли в зал. Простите за попытку вас убить, но я клянусь, я просто перепутала.
Скрещиваю пальцы, надеясь, что каким-то образом Сориэл и мужчина с невероятными глазами проявят хоть какое-то понимание. От меня не ускользнуло, что ни один из них не повернулся проверить, как там их Суверен. Я не совсем понимаю, почему Сурин и эти двое очнулись, тогда как больше никто не приходит в себя, но уповаю на то, что очнувшиеся настроены снисходительно.
– Ты убила Адриэля? – с неверием шепчет Сориэл.
– Да.
– Ты сказала, что пробила наш защитный барьер ради ответов. На что? – сменяет тему Мистер Жуткие Глаза. Он так долго обдумывал мои слова?
Мгновение я решаю, с чего начать.
– Мне сказали, что я Страж, но, как оказалось, никто точно не знает, что из этого следует. Я долгое время думала, что я такая единственная, но потом выяснила, что это не так. Я пытаюсь понять, что все это значит. Кто я и почему у меня такие способности…
Не зная, что еще сказать, я останавливаюсь, но потом добавляю:
– Мы все старались как можно лучше справиться с трудной и запутанной ситуацией. Я надеялась, что в городе Стражей мы перестанем брести в темноте. Но если бы я знала, что вы попытаетесь убить нас, я бы не пришла.
Раздается еще один стон, привлекший внимание всех. Крылья Ори слабо встрепенулись, сообщив о том, что пернатый тоже приходит в себя.
– Смертный приговор был вынесен единолично. И на самом деле предполагалось, что он будет приведен в исполнение, только если вы будете представлять угрозу, – заявляет Мистер Жуткие Глаза и переводит тяжелый взгляд на Сурин.
– Таув, ты что, не заметил, что она сделала? Она определенно угроза, – возмущается рыжая воительница. – И эти, что с ней, тоже.
Я рычу на нее и угрожающе делаю шаг вперед. Вероятно, я не улучшаю ситуацию, но ее пренебрежительное отношение к жизням людей, которых я люблю, затуманивает мой рассудок.
– Чушь собачья. Мои Избранные были без сознания, когда вы свалились с неба. Нас было всего шестеро, а вас где-то двадцать, если не больше.
– Семеро, – поправляет Ори, откидывая длинные черные волосы с лица. Пошатываясь, он встает на ноги.
Семеро? Ах да, он имеет в виду Вона. Я не говорю этого вслух, но Вон, по сути, бессознательная марионетка, которая не может поднять руку, чтобы защитить себя самостоятельно, не говоря уже о том, чтобы напасть на них.
– Они не понесли потерь, и боевые действия прекратились, когда Сурин отметила некоторых из них как Избранных, – заявляет Ори, отряхиваясь.
Он не замечает убийственного взгляда, который девица бросает на него, пытаясь предостеречь.
– Что? – вскрикивает Сориэл и поворачивается к дочери, требуя объяснений.
Вид у нее бледный. Похоже, она побаивается своего папеньки. А вообще, откуда в ней столько спеси? Нас она считает грязью, тогда как ее собственный отец – ламия, пусть и Избранный.
– Я жду ответа, – говорит Сориэл.
– Я не знаю… Я хотела перерезать одному из них горло. Но как только я коснулась его, все вспыхнуло. Я не могла контролировать это… – Она замолкает и отводит взгляд от отца, словно ей стыдно. – Как думаешь, Векун сможет стереть…
Мистер Жуткие Глаза – кажется, его зовут Таув – шипит и смотрит на Сурин, словно она сказала что-то ужасное.
– Ты так легко предашь то, чем владеешь? – припечатывает он ее.
Ответить ей не дает стон Финеллы. Мы все наблюдаем за женщиной, как за змеей, которая в любую секунду нападает и укусит.
– Обсудим это позже, – рычит Сориэл. – Но метки Избранных все меняют.
Он снова поворачивается ко мне.
– Если хочешь жить, девочка, тогда, думаю, тебе стоит не поднимать головы и не говорить, до тех пор пока тебя не спросят.
Инструкция застает меня врасплох, и я смотрю на парней, спрашивая взглядом, стоит ли воспринимать это всерьез. Бастьен и Сабин одновременно пожимают плечами.
Перевожу взгляд на Сориэла, и что-то в его облике заставляет меня чуть ли не в реверансе присесть. Моя душа восстает против такого унижения, но я только что ударила пчелиную матку этого улья по заднице, так что, возможно, небольшое притворство поможет нам все исправить.
В воздухе нарастает беспокойство, и у меня мурашки бегут по коже. Такое чувство, что все боятся вздохнуть, не говоря уже о том, чтобы рот раскрыть.
– Что все это значит? – раздается женский голос, который звучит далеко не так пронзительно, как я ожидала, исходя из того, как она выглядит.
Борюсь с желанием поднять голову, чтобы увидеть выражение ее лица, но не делаю этого.
– Неожиданный поворот событий с нашими гостями, – невозмутимо отвечает Таув.
