– Оуфе, девочка. Оуфе – это те, кем мы были в своих заблуждениях, и нам нужно было бороться за то, чтобы никогда не стать ими снова. Мы отказались от пагубного для нас образа мышления и магии, которая могла бы принести вред. Сохранилась лишь горстка Ткачей Связи. Они держатся особняком и редко пользуются своим Светом, поскольку это вызывает страх у большинства.
Иссак входит в комнату с маленьким подносом. Гетта с благодарной улыбкой берет чашку, вторую чашку великан предлагает мне.
– Спасибо, – говорю я, и он исчезает, чтобы принести чай для моих ребят.
Справившись с обязанностями дворецкого, Иссак занимает свое место у ног Гетты. Делаю глоток, и мне приходится бороться со всеми инстинктами, чтобы не выплюнуть напиток. Смотрю на чашку, затем бросаю неодобрительный взгляд на великана – он что, собрался отравить нас?
– Что это за… чай? – спрашиваю я, пытаясь казаться вежливой, но, кажется, безуспешно.
Гетта заливисто смеется.
– Лучше выпить залпом, если не привыкла к такому. Это полезно для кровообращения.
Фу, какого хрена. До дна…
Морщусь и опрокидываю в себя чай, который по вкусу напоминает пердеж. Задерживаю дыхание и тайком пытаюсь вытереть язык рукавом. Краем глаза замечаю, что мои парни давятся, но терпят. О, пострадали не только мои вкусовые рецепторы!
– Интересный букет, – выдавливаю я, когда Гетта смотрит на меня, приподняв брови домиком, словно спрашивая, что я об этом думаю.
Она пьет свой чай с явным наслаждением, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Ей что, нужно доказать, что она круче меня? Мы все и так это знаем.
– В твоих венах течет древняя магия, девочка, – говорит она, указывая подбородком на мои руки, сложенные на коленях.
Я опускаю взгляд, чтобы понять, на что она указывает, и он упирается в новую руну на ладони, которую никто из нас еще не активировал.
– Вы о ней говорите? – спрашиваю я, показывая руну.
– Да.
– Что она значит… то есть делает?
– Эта руна очень редкая. А значит она, что ты отмечаешь своих Избранных магией.
– Я думала, все Стражи так делают.
– Так, да не так, – говорит Гетта. – Они делятся только метками. А ты делишься и метками, и полноценной магией. Это происходит редко. Твоя мама тоже была на такое способна.
– Подождите, вы хотите сказать, что теперь у нас всех есть те же ветви магии, что и у Винны? – уточняет Сабин, и удивление в его голосе отражается на наших лицах.
– Да, – лаконично отвечает Гетта, и делает очередной глоток противного пойла. – Это также означает, что вы можете вытягивать друг из друга силу и отдавать ее по своему желанию. Каждый из твоих Избранных, девочка, сможет поделиться своими способностями, когда эта руна будет активирована.
– Они смогут стать волками? – взволнованно спрашивает Торрез.
– Да.
– Охренеть! – вскрикиваю я, и мы все смотрим друг на друга широко раскрытыми глазами.
– Но прежде чем вы начнете играть с ней и позволите себя убить, скажу, что этот вид древней магии не просто так встречается редко. Как и все виды магии, его можно использовать как во благо, так и во зло. В прошлом преобладало зло, вот почему за использующими Связь охотятся самые разные люди. Вам нужно держать эти способности в секрете и следить за собой. Не многие знают, как выглядят руны этой ветви, но они знают, что делает Свет, и они погасят его, если найдут.
Зловещие слова Гетты повисают в комнате, и мы все погружаемся в размышления.
– А что насчет моих Щитов?
Гетта осматривает мой средний палец, на котором нет рун.
– А что с ними?
– Я сделала четверых Щитами…
– Но не закрепила связь, – продолжает она, и я киваю.
– Дело в том, что их отметила другой Страж, когда мы пришли сюда…
– Отметила как Щиты? – удивляется Гетта.
– Нет, как Избранных.
– А-а-а, поняла. Так вот, люди нашего мира могут быть отмечены только одним Стражем. Если ты завершишь то, что начала, и сделаешь их настоящими Щитами, то право другого Стража на Избранных будет расторгнуто.
Меня охватывает облегчение, и я выдыхаю. Мы сможем уйти отсюда. Просто сначала мне нужно сделать все необходимое для завершения связи с Энохом, Нэшем, Калланом и Бэкетом.
– Вижу, девочка, ты неплохо разбираешься в мужчинах, – неожиданно говорит Гетта.
Парни разражаются смехом, и я почти что краснею.
– Если бы Иссак был свободен, он бы хорошо подошел тебе в качестве Избранного.
Я недоверчиво усмехаюсь, а Иссак бросает на меня заинтересованный взгляд.
– Без обид, просто Гетта удивила меня. Уверена, ты был бы отличным партнером, – говорю я.
Он моргает и отворачивается.
– Я о том, девочка, что у тебя отличный и восхитительно разнообразный выбор Избранных. Зачем тебе нужны Щиты?
Вопрос Гетты застает меня врасплох.
– Я отметила их, потому что… очевидно, моя магия почувствовала потребность в них, – оправдываюсь я.
– Да, я согласна, в них есть потребность, – но у тебя или у другого Стража, которая отметила их? – спрашивает она, и я задумываюсь.
