— Вы, Василиса Андреевна, мыслите с точки зрения Давида, Голиаф же подобной возможности выбора лишен, — между тем покачал головой Виктор Петрович. — География еще более бессердечна, чем физика, не упускайте из внимания этот важный фактор. С момента появления оружия массового поражения и до сего дня у нас было всего пара случаев, когда два колосса готовы были начать прямое столкновение. Впервые это были США и СССР в шестидесятых, но тогда вмешалась география — старые деньги выступили категорически против того, чтобы место битвы находилось в Европе, потому что советы и янки никак не собирались обмениваться ударами только через Берингов пролив. Большой войны тогда не случилось, а попытка победить в экономическом соревновании закончилась для СССР полным крахом…
— Пфф, — не удержалась все же Василиса от привычной реакции.
— Вы зря так пренебрежительно фыркаете, Василиса Андреевна. Сначала позорное поражение во Вьетнаме, потом не имевший аналогов тяжелейший нефтяной кризис в начале семидесятых — Штаты тогда с трудом устояли, все ведь могло быть совсем иначе. Но устояли, и через десять лет именно новую силу Союза, его энергоносители, использовали против него же, целенаправленно уронив цены нефть. Но даже учитывая обрушение экономики, приведшее к perestroyka, вот не умер бы Андропов неожиданно, кто знает, как оно бы повернулось. Так что ваша уверенность в невозможности Союза победить в холодной войне далека от действительности, хотя вы несомненно правы в том, что фаворитом в экономической гонке Союз отнюдь не был. А вот двадцать лет назад в похожем положении оказались уже Соединенные Штаты — после отказа от модели Химерики, без варианта большой войны Китаю на дистанции они проигрывали безоговорочно. Полный закат американской мощи, с превращением хорошо если в среднюю региональную державу, планировался к тридцать пятому году.
Сэнди отвлеклась от молитвы и теперь смотрела на Виктора Петровича с таким же выражением, как и Василиса. Надо же, как он умеет завладевать вниманием самых разных людей.
— Не смотрите так, Александра Джеральдовна, это факты, а не дискуссионный вопрос. Мало того, что Китай уже к тридцатому году создал мощнейшую роботизированную армию, аналогов по масштабу силы которой не было со времен орды Чингисхана, так он еще превосходил Штаты практически во всем — промышленность, энергетика, демография, мобилизационный и интеллектуальный потенциал, даже на культурном поле постепенно переигрывая. Единственное лидерство к тридцатому году, которое Штаты сохраняли даже несмотря на массовую обратную утечку мозгов, это превосходство в сфере разработок Искусственного Интеллекта, чем они и воспользовались, повторив уже успешно зарекомендовавший себя рецепт.
— Это Китай начал атаку на мою страну! — возмутилась Сэнди.
— Александра Джеральдовна, — вздохнул Виктор Петрович. — Есть ситуации, когда единственным приемлемым выходом из ситуации оказывается вариант ударить самого себя по лицу, как бы глупо это со стороны не выглядело. Когда все хорошо закончится напомните, расскажу одну забавную историю…
— Если, — перебила его Сэнди.
