— А, так ты вообще ноль в этом? Дядь, ну удивляешь просто! Резко отгибаешь кисть назад, одновременно с бросательным движением вперед. Как будто мячик отбрасываешь, только кулак не разжимай, кидая петлю и визуализируй ее, понимаешь?
Первый бросок не очень получился, как и второй. На третий взмахнул рукой довольно сильно — змейки наконец вырвались из ладони, но вместо того чтобы обвить шею, глубоко впились зубами в плечо серпента.
— Будь я обычным человеком, я бы умер, — доверительно сообщил мне он. — Ты не так агрессивно бросай, а как будто королевской щедростью мелочь попрошайкам швыряешь надменно. Ага, вот так…
После «надменного» броска змеи вырвались из руки, но как-то вяленько, а вот на второй раз слишком сильно — стеганув по лицу сморщившегося серпента.
— Когда змеи летят, петлю визуализируй и все получится. Но вообще тебе бы костюм свой снять, он артефакторную проводимость ухудшает. Если бы не пелена, ты бы вообще с этим ножом может и не справился бы.
Да-да, вот так и побежал раздеваться — продолжил я попытки. Вскоре получилось и удлинившиеся черные змеи словно веревки кнута обвили шею серпента. Он вдруг как в куклу превратился — из его тела словно бы воля исчезла, серпент действительно стал управляемым.
«Попрыгай», — машинально отдал я команду, и он реально начал прыгать как болванчик.
«Танцуй!» — и снова мгновенная смена реакции. Пусть не очень похоже на танец, но серпент реально начал дергаться в такт.
Разжав ладонь, я избавил его от петли и пока серпент бухтел по поводу моих скрытых желаний, принялся переодеваться. Нож вернул в реальность и положил неподалеку от себя как будто невзначай. Серпент глаз от него не открывает, и лучше дать ему сейчас возможность попытки завладеть.
Нет, не кинулся — даже когда я как будто невзначай, но на самом деле специально отходил от ножа на приличное расстояние. Параллельно краем глаза наблюдая за серпентом и ножом, обмотал оба гранатомета обрезками, оставшимися от обрезанной полы хламиды. В нее влез с некоторым трудом — штурмган скрылся под тяжелой тканью на спине, «Вал» остался на груди, а еще длинный балахон я подрезал в двух местах, чтобы можно было через прорехи оружие достать, не снимая маскирующее одеяние.
Когда завершил приготовления и преобразился в горбатого колдуна — из-за автомата за спиной, мы без задержек пошагали вверх по склону. Серпент видел только в инфракрасном диапазоне, так что после того как пару раз наткнулся на кусты и деревья, пришлось выступать проводником, а в перерывах он меня инструктировал.
— Когда ближе к воротам подойдем, накинешь на меня удавку и поведешь как пленного.
— Если спросят, куда веду?
— Ты культист, тебя никто не спросит. А если кто спросит, просто убей, это в порядке вещей для них. Вот если вежливо ответишь, тогда реально возникнут вопросы.
Звучало странно, но вспоминая иссушенную рожу колдуна-мумии серпенту я поверил. Пока шли дальше, периодически карабкаясь по крутым склонам среди кустарников, спутник мне чуть более подробно объяснял, чего ждать от другого мира.
Вернее, за проходом-калиткой расположился даже не отдельный мир, а изолированный Осколок, площадью ненамного больше этого острова. Со слов серпента это была одна из многих частей разорванной давным-давно на множество осколков планеты, превратившуюся в блуждающую во времени и пространстве аномалию, заселенную разными племенами и народами.
В основном люди там обычные, но частью генно-модифицированные как серпент. Конкретно на тот Осколок куда мы идем колдуны-некроманты, или культисты как называл их серпент, через цепочку порталов пригнали орды крысолюдей, сделав большую их часть нежитью. И сейчас культисты только и ждут открытия врат, чтобы пустить нежить сюда, спровоцировав нас, землян, на использование тяжелого вооружения.
Картина из рассказа серпента открывалась довольно глобальная, но кто он такой, откуда и почему дезертировал я спросить просто не успел. Пока серпент объяснял что нас ждет за калиткой начиная с вводных, мы преодолели около километра по горным склонам и оказались неподалеку от цели. Сейчас были неподалеку от скалистой расщелины у высокого берега, и серпент уже здесь попросил накинуть на себя управляющую удавку, заставившую его замолчать и идти следом за мной безвольной куклой.
Несколько сотен метров я преодолел в указанном направлении в молчаливом одиночестве. Вскоре понял, что запрещающее мне лететь предчувствие не обмануло — по скалам вокруг гроздьями расселись дозорные, крысы-наездники на летающих тварях, отдаленно похожих на больших летучих мышей.
Еще пара сотен метров и спустившись на полоску каменистого пляжа я увидел толпы крысолюдов. Они сновали вдоль берега, напоминая муравьев; когда мимо в первый раз пробежали три твари, я едва автомат не достал и стрелять не начал, но бестии на меня внимания не обратили. Вернее, обратили, но ненавязчиво — не глядя прямо, но при этом обходя по широкой дуге.
