Ковер царя Соломона полностью

Алиса прекратила играть. Смычок дрожал в ее руке. Она услышала свой собственный вскрик. Флейтист кинулся за мальчишкой по коридору, увертываясь от одних прохожих и наталкиваясь на других. Через пару секунд за ним побежал и Питер. Но вернулись они с пустыми руками. Случилось то, чего и следовало ожидать: подошел поезд и в мгновение ока увез воришку. Как заметил по этому поводу Блич-Палмер, нормальному человеку вечно приходится ждать поезда минут по десять, а вот ворам и хулиганам везет.

Скрипачка начала всхлипывать и ничего не могла с собой поделать. Впрочем, и она сама, и, наверное, Том понимали, что плачет женщина не только из-за кражи, которая была всего лишь единичной неудачей.

– Нам нужны деньги, – сказала она Мюррею, когда они вместе возвращались домой по Юбилейной линии. – Нам нужны деньги на образование.

Алиса сама удивилась своим словам, ведь прежде она об этом совсем не думала и уж тем более не говорила вслух. Но произнеся их, скрипачка тут же поняла, что права. Они с Томом должны сделать это.

– Какое еще образование? – переспросил ее друг.

– Мы с тобой должны идти вперед. Ты мне твердишь, что я могу тебя спасти. Именно это я и хочу сделать. Я хочу, чтобы ты продолжил учиться. Мне тоже необходимы уроки игры на скрипке. Я должна найти себе учителя, потому что из-за отсутствия практики многое забыла и мне требуется помощь. А ты, Том, должен закончить курс и получить диплом. Сам знаешь, что единственным препятствием для нас является лишь нехватка денег.

– Мы заработаем их, играя в подземке.

– Мы только что потеряли все, что получили.

– Больше этого не случится.

– Так мы никогда не заработаем столько, сколько нужно.

Флейтист воспринял ее слова как упрек. Алиса увидела, что он покраснел. Точно так же краснел Майк, когда кто-нибудь говорил ему, что он маловато зарабатывает. И в точности как у Майка, в гневном ответе Мюррея прозвучали оборонительные нотки:

– Все будет хорошо. Я этим занимаюсь.

– Нет, нам нужны настоящие деньги, – отрезала молодая женщина. – Думаю, мне надо найти работу. Точнее, нам обоим надо найти работу. Я пойду на все, Том. Слишком многим я пожертвовала, чтобы так просто упустить свой шанс.

– Ты можешь стать, кем захочешь, – сказал ее любимый. – Кем угодно. Как бы я хотел иметь кучу денег, чтобы подарить их тебе! Я так тебя люблю…

Скрипачка до сих пор не знала, что ему отвечать, когда он это говорил. Почувствовав себя не в своей тарелке, она отвела взгляд.

Линии Метрополитен и Дистрикт, имевшие уже немалую протяженность, до 1895 года работали на паровой тяге. В тот год был опубликован рассказ Конан Дойля «Чертежи Брюса-Партингтона». Эта история интересна тем, что ее сюжет выстроен вокруг линии Дистрикт.

Сегодня уже невозможно сделать так, как сделали Оберштейн и полковник Уолтер, то есть сбросить труп на крышу вагона из окна дома в Западном Лондоне. Поезд, который вез тело Кадогена Уэста, качнуло на стрелке у поворота к станции Олдгейт. Труп упал с крыши на рельсы, и все, за исключением Шерлока Холмса, поверили, что человек выпал из вагона. Сейчас повторить подобное уже не удалось бы. В районе Глочестер-роуд, где разворачивалась та история, уже нет домов, расположенных настолько близко к железнодорожным путям.

Платформа на Бейкер-стрит украшена изображениями, иллюстрирующими рассказы о Шерлоке Холмсе, но «Чертежей Брюса-Партингтона» среди них вы не найдете. Может быть, потому, что компания Лондонских Подземных Перевозок боялась подсказать своим пассажирам кое-какие идеи?

Помимо одиночных и двойных дверей, которыми пользовались пассажиры, в вагонах были две дверцы с окошками, расположенные в торцах вагона. Они не предназначались для публики, как можно было прочитать на табличках. Когда состав находился в движении, открывать их было нельзя.