– Не вздумай уехать на какую-нибудь дачу, узнаю, куда удрал, пойду к твоему ректору, он вломит тебе по комсомольской линии.
Умерла мать через неделю после того, как я диплом получил, перед смертью сказала мне:
– Знаю, ты меня терпеть не мог, считал самодуркой. Но я очень тебя, Сенечка, любила, боялась за тебя, поэтому так себя вела. Была у меня причина работать охранной собакой, просто ты кое о чем не знаешь. Прости, сынок, теперь ты твердо стоишь на ногах, высшее образование получил, я спокойно могу уйти.
На поминках присутствовали только я и тетя Клава, мамина единственная подруга. Она, совершенно не пьющая, опрокинула рюмку водки и открыла семейную тайну. Оказывается, у меня был брат Федор, он старше меня на пятнадцать лет. Федю мама баловала как могла, разрешала ему все, что мне запрещала, хотела стать мальчику подругой. В тринадцать лет брат начал пить, курить, бросил школу, уезжал на поездах в разные города, месяцами не показывался дома. Потом подсел на дурь и вынес из дома все. Отец не выдержал, выгнал сына – вора и наркомана. Ему тогда восемнадцать исполнилось, мне три. Но я Федю вообще не помню. Через два года позвонили из милиции, родителей пригласили на опознание тела. Старший сын умер от передоза в каком-то подвале. Отец заработал инфаркт и вскоре умер. Мама же стала себя вести с младшим сыном, как злой мент. Жаль, мне раньше никто про Федора не рассказал. Тогда бы я по-иному к матери относился, мог понять, что ею двигала не ненависть ко мне, а любовь. Возможно, в семье Зины тоже есть некая тайна, о которой детям неизвестно. Поэтому им несладко приходится.
– Ничего странного Зина не сообщила, – остановил Собачкина Дегтярев, – мать требует хороших отметок, к ребятам ходят учителя на дом, помогают им делать уроки. Их возят на спортивные занятия, в театры, консерваторию. У брата с сестрой нет свободного времени на глупости. На мой взгляд, это правильная линия поведения. У всех, кто когда-то попал в поле зрения инспекторов по несовершеннолетним, этого самого свободного времени было навалом. Когда голова пустая, руки ничего не делают, а энергия бьет ключом, тогда тинейджер начинает творить безумства.
– Рассказ Зинаиды о том, что отец весной просто с ума сошел, – подхватил Леня, – стал постоянно кричать на всех, злиться, каждый день затевал свару, я связываю с приемом БАДа хромоналин. Интересно, кто ему посоветовал эту биодобавку?
– Домофон! – прервал разговор Кузя. – У нас сегодня как в супермаркете, двери не закрываются.
Я быстро дошла до входной двери, открыла ее и увидела Эдика.
– Мне нужна ваша помощь, – воскликнул он, – я заплачу, сколько скажете, деньги есть.
– Присаживайтесь, – предложил Дегтярев. – Что случилось?
– В последние дни в моей жизни творится кошмар, – пожаловался Эдуард, опускаясь в кресло, – сначала Галя сказала, что видела меня мертвым.
– Похоже, жена вашего дяди ошиблась, – протянул Сеня.
– Я не болен, – заявил гость, – особых проблем со здоровьем нет. В так называемый гардеробный домик я никогда не хожу. Не могу вспомнить, когда там в последний раз побывал и заглядывал ли вообще туда. Не понимаю, зачем человеку неисчислимое количество тряпок! Обуви! Сумок! Все это не носится, но постоянно приобретаются новые горы шмотья. Не мое это дело, конечно, просто вызывает удивление. Целый дом-склад! Гале надо было придумать нечто иное, а не сочинять сказку про мой труп! Но поскольку я привык, что жена дяди потрясающая врунья, то не очень и удивился. Придумала очередную глупость, пусть болтает.
Меня охватило негодование:
– Понимаю, что у тебя с Галиной сложились не очень хорошие отношения. Мы с ней дружим со школьных лет, и я никогда не замечала за Боковой склонности сочинять небылицы.
Эдуард посмотрел на меня с интересом.
– Приятно слышать, что вы защищаете подругу. Но, если ты не умеешь строить логические цепочки, не можешь похвастаться цепкой памятью и никогда не проверяешь информацию, которая льется тебе в уши, это не означает, что тебе говорят правду.
Мне стало обидно за Галю.
– Ну-ка, приведи пример лжи Боковой.
Эдик проигнорировал мой вопрос, он повернулся к Дегтяреву.
– Если не ошибаюсь, вы тут главный.
– Не совсем, – неожиданно ответил полковник, – я основное ответственное лицо по оперативно-разыскным мероприятиям, Дарья – основной спонсор и старший детектив. Кузьмин – начальник отдела компьютерного поиска. Собачкин – начальник по следственно-разыскному направлению, Леонид руководит медицинскими исследованиями. Говорит ли Галина о себе правду Дарье и остальным людям, нас не беспокоит. Это личные отношения, не стоит в них влезать посторонним. Чем мы можем помочь вам?
Эдуард кашлянул.
– В наш дом явилась женщина, которую я никогда в глаза не видел. Баба налетела на меня с криком, требовала алименты на ребенка, который никоим образом не может быть моим сыном.
– У Екатерины дочь, – не выдержала я.
– Возможно, – не смутился Эдуард, – но не я отец этого младенца. Это исключено. И особа, которая сейчас рыдала в нашем особняке, не является объектом, который мог привлечь мое внимание. Она мошенница!
