-- Доктор Лебрен и доктор Мотьер сообщили мне, месье, что ваша жена в скором времени ожидала ребенка и, если я их правильно понял, последние дни находилась в весьма нервном состоянии, -- сказал он. -- Вы согласны с этим?
-- Да, -- сказал я. -- Безусловно.
-- Возможно, у нее были необоснованные опасения относительно родов?
-- Думаю, что да.
-- Простите меня, месье, -- прервал нас Тальбер. -- Господин граф извинит мое вмешательство, но я должен добавить, что оба, и он, и мадам Жан, считали дни до рождения ребенка. Они надеялись, что у них родится сын.
-- Естественно, -- заметил комиссар, -- все родители одинаковы.
-- Но в данном случае, -- сказал поверенный, -- к тому были особые причины: согласно брачному контракту, рождение сына означало значительное увеличение капитала. В особенности это касалось господина графа. Из слов мадам Жан я понял, что она страшилась разочаровать своего супруга и всю семью. Именно этим, я думаю, и объясняется ее тяжелое нервное состояние.
-- , пожалуй, слишком сильно сказано, месье Тальбер.
Все повернулись к графине, по-прежнему сидящей в кресле у камина.
-- Моя невестка не имела никаких оснований страшиться кого-нибудь из нас. Мы не так зависим от брачного контракта, что не можем прожить без его помощи. Семья моего покойного мужа владела Сен-Жилем в течение трехсот лет.
Частный поверенный вспыхнул:
-- Я вовсе не хотел сказать, госпожа графиня, что мадам Жан кто-то запугивал. Просто ситуация была щекотливая, и она чувствовала свою ответственность. Рождение сына значительно облегчило бы финансовые трудности, и она это понимала.
Commissaire посмотрел на доктора Лебрена. Тот в нерешительности взглянул на графиню, затем на меня.
-- Мадам Жан, естественно, очень хотела сына, -- сказал он, -- и с тревогой ждала родов. Не скрою, она только об этом и говорила, когда я осматривал ее на прошлой неделе. Несомненно, эта тревога еще ухудшила ее самочувствие.
-- Короче говоря, -- сказал комиссар полиции, -- мадам Жан была склонна к истерии. Простите меня, месье, я только хочу установить тот факт, что к моменту несчастного случая ваша супруга была крайне возбуждена, а следовательно, более подвержена приступам головокружения. Вы согласны со мной, доктор?
-- Разумеется, разумеется...
-- А вы, месье?
-- Думаю, вы правы, -- ответил я. -- К тому же она очень волновалась за дочку. Вам сказали, что тут произошло?
-- Месье Поль де Ге и мадемуазель Бланш сообщили мне все сведения, также и femme de chambre. Я рад, что в конце концов девочка отыскалась. Значит, в последний раз вы видели свою супругу сегодня утром, перед тем как отправились на поиски дочери?
-- Именно.
-- Очень она была обеспокоена?
-- Не больше, чем все остальные.
-- Она не говорила, что собирается встать и присоединиться к тем, кто пошел на розыски?
-- Нет.
-- Вы оставили ее в постели, предполагая, что она будет ждать вашего возвращения с известиями, что девочку благополучно нашли?
-- Да.
-- Значит, судя по всему, из дому ушли все, кроме двух горничных -Шарлотты и Жермены, которая принесла мадам Жан завтрак, а затем была отправлена в деревню, -- кухарки, которая была внизу, в кухне, и, разумеется, госпожи графини, находившейся у себя в комнате наверху. Я уже осмотрел место, куда упала ваша супруга, -- добавил он. -- С вашего разрешения, пройдем сейчас в спальню.
-- Разумеется, разумеется, -- сказал я.
-- Я уже допросил Берту, женщину, которая присматривает за коровами. Она видела, как ваша супруга высунулась из окна, словно хотела что-то достать -- так Берта это описывает, -- затем вдруг схватилась за воздух и упала. Берта стала громко звать на помощь, ее услышали кухарка и Шарлотта и тут же побежали в ров. Кухарка вызвала из Виллара карету . Все остальное мне сообщил доктор Мотьер. Я должен выяснить, не заходил ли кто-нибудь в спальню после Жермены, горничной, которую я только что отправил, -- той, что приносила в спальню завтрак.
-- Могла зайти Шарлотта, -- сказала Рене.
-- Может быть, вы пригласите ее сюда, мадам? -- спросил комиссар.
-- Шарлотта моя личная горничная, я сама вызову ее, -- сказала графиня; рука с подлокотника потянулась к шнуру от звонка.
-- Как раз Шарлотта и сообщила мне о том, что случилось. Она была в истерике. Вероятно, остальные тоже. Вряд ли вы чего-нибудь от нее добьетесь. Слуги всегда теряют голову, когда в дом приходит беда.
В ответ на звонок в дверях появился Гастон, и графиня сказала ему, что комиссар полиции желает поговорить с Шарлоттой.
-- Я не вполне понимаю, -- спросил Поль, -- какое значение имеет то, что Жермена или Шарлотта сказали моей невестке? Какая связь между их словами и тем, что у нее закружилась голова и она упала из окна?
-- Прошу прощения, месье, -- ответил комиссар, -- я вполне уясняю себе, какое горе это причинило всем родным покойной. Но в соответствии с требованиями закона я должен твердо установить, что причина смерти была случайной. К сожалению, когда человек падает с высоты, это не всегда так.
Рене вдруг побледнела.
-- Что вы имеете в виду? -- спросила она.
