Среди
‹…› Всякий, кто прикоснулся к умершему вождю, становится нечистым на десять месяцев (ibid., p. 52).
Закон, действующий в мифологии, согласно которому почитаемое когда-то становится отвергаемым и презираемым после победы над ним (Freud, 1912–1913), также может быть применен и к коже, поскольку атавистическое отвержение, перенесенное пациентом с кожным заболеванием и качество нечистоплотности, приписываемое ему в силу зримости его поражений, – это всего лишь противоположность кожи былых времен, когда ей были присущи безупречность, привлекательность и трогательность: кожа ребенка, кожа юности, кожа женщины, кожа наготы. Чем безупречнее кожа как идеал или как источник шарма и сексуальной привлекательности, тем непристойнее оказывается болезнь. В магии порчи, основой которой является ассоциация по смежности, происходит следующее:
Вещи становятся менее важными, нежели идеи этих вещей: все, что происходит с последними, неизбежно происходит и с первыми. Подразумевается, что отношения, поддерживаемые между идеями вещей, в равной степени поддерживаются и между самими вещами. Поскольку мышлению безразлично расстояние, поскольку далекое во времени и пространстве может без труда постигаться в одном акте сознания, мир магии (в силу телепатичности) безразличен к пространственной удаленности и имеет дело с прошлым так же как с настоящим. В анимистическую эпоху отражение внутреннего мира затмевает любую другую картину мира, рассматриваемую нами как результат восприятия.
Следует также отметить, что оба принципа ассоциации – сходство и смежность – включены в более общее понятие «контакт». Ассоциация по смежности – это контакт в буквальном смысле; ассоциация по сходству – это контакт в метафорическом смысле. Использование одного и того же слова для обозначения двух типов отношений, вне всяких сомнений, обусловлено некоей тождественностью определенных психических процессов, которых мы еще не поняли. В данном случае мы имеем тот же диапазон значений идеи о «контакте», какой мы уже обнаружили в нашем анализе табу (Freud, 1912–1913, p. 85).
Внешнее уподобление кому-то другому является примитивной формой идентификации (Freud, 1921), это особое отношение между идентификацией как психическим фактом и материальным действием покрытия себя кожей объекта идентификации. Языковыми средствами это выражается как «оказаться в шкуре другого» (To be in someone else’s shoes).
