В отличие от Юрия Антоновича, который через свои источники в силовых ведомствах самым внимательным образом отслеживал телодвижения Иванова. Которого, после множества оставленных им на улице Агрономической и улице Северной трупов, стал воспринимать очень серьезно. Но более всего серьезно, потому что никак не мог нащупать, на кого он работает. В самодеятельность Иванова Юрий Антонович не верил. И не поверил бы никогда! Интересы слишком многих людей зацепил и задел за живое этот Иванов. И слишком удачно он умудрялся выходить из всех передряг. Везения задарма не бывает. Всякое везение объясняется суммой определенных и чаще всего определяемых людьми факторов. Факторы, руководившие Ивановым, направлявшие Иванова и страховавшие Иванова, оставались абсолютно закрытыми. И от того, что они были неизвестны, они несли наибольшую угрозу.
Ему, Юрию Антоновичу, и его друзьям угрозу.
Новая, случайно или, может быть, не случайно объявившаяся на доске фигура смешала Юрию Антоновичу и его команде все их планы. Очень скоро он намеревался очистить сейфы швейцарских банков от не принадлежащего им золота, чтобы вступить в борьбу за власть в своей, очень сильно интересующей его стране. Но не под знаменами социализма, а совсем под другими знаменами, которые, в отличие от социалистических, обещали ему и его сподвижникам очень крупные дивиденды в виде постоянно капающих в зарубежные банки процентов с одной шестой части суши.
То есть обещали то, что имели узурпировавшие власть и не желающие ни с кем делиться нынешние демократы.
Изъятие денег из сейфов должно было случиться буквально на днях, но теперь откладывалось до лучших времен, сминая и путая всю, далеко распланированную игру.
Начинать подбираться к банковским сейфам до выяснения, кто есть кто и кто из этих кого стоит за спиной Иванова, было нельзя. Потому что опасно. Лучшие времена откладывались на неопределенный срок.
Из-за какого-то никому не известного гражданина Иванова.
Следователь городского отдела Управления внутренних дел Старков Геннадий Федорович сидел на очередном торжественном собрании, посвященном вхождению в должность нового начальника уголовного розыска.
— ...Наконец, хочу со всей ответственностью заявить, что с преступностью в нашем, отдельно взятом городе будет покончено! Пусть преступный элемент зарубит себе это на носу. Пощады не будет никому. Мы должны наконец очистить наши улицы от насильников, убийц, грабителей, наркоманов и проституток. И мы очистим их в самые короткие сроки...
— Откуда его к нам? — спросил Старков сидящего рядом следователя.
— Не знаю. Вроде как переброшен из какой-то администрации как не справившийся с работой. И еще говорят, что он зять... — Следователь наклонился к уху Старкова и что-то прошептал.
— Да ты что?!
— Говорят, он там все, что можно, развалил и теперь переброшен на укрепление к нам.
— Да, такие, да с таким спасательным кругом, не тонут...
— ...Рад сообщить присутствующим, что уже сегодня наметилась устойчивая тенденция к снижению числа нераскрытых особо тяжких преступлений. Заметно пошли вниз кривые таких видов преступлений, как мелкие хищения на промышленных предприятиях...
— Ну конечно, какие могут быть несуны, когда заводы стоят.
— Спекуляция товарами повседневного спроса...
— Ну дает!
— Воровство в коммунальных квартирах. Практически искоренены такие виды преступлений, как...
— ...конокрадство и воровство карет и экипажей, — тихо продолжил сидящий рядом со Старковым опер.
— А с чем он в администрации не справился? — поинтересовался Старков у всезнающего следователя.
— Болтают, что авансом взял крупную взятку за одно, которое обещал протолкнуть, дело. А дело протолкнуть не смог. Короче, не справился. Ну его и заменили.
— Тогда понятно.
— ...Мы будем всячески крепить дисциплину труда среди милиционеров, повышать их профессиональный уровень и увеличивать производительность труда не менее чем на десять-пятнадцать процентов в квартал...
— Интересно, как это он собирается повышать нашу производительность? — удивился кто-то сзади.
— Многостаночным методом. Даст тебе вместо одной ручки — две и вместо одного пистолета — гранатомет...
Следователь Старков встал с места и, извиняясь и стукаясь ногами о чужие колени, пошел вдоль ряда к проходу и по нему к выходу.
В вестибюле курили и трепались следователи, оперы, криминалисты и прочий милицейский люд.
— Что, надоело?
— Так ведь уже третий за полгода. И все говорят одно и то же. «...Мы будем повышать производительность труда путем выдавливания из следователей дополнительных соков с мякотью, будем расширять штат за счет выбивания новых ставок Для близких родственников нового начальника и будем повышать материально-техническую базу, создавая предпосылки Для более качественной работы следователей...»
Дверь, ведущая в зал, приоткрылась, выпуская очередного «бегуна».
— ...для более качественной работы следственного аппарата... — завершил фразу докладчик.
Все стоящие в вестибюле милиционеры дружно грохнули.
— Ну ты даешь!
— А вы что хотите — опыт. Который сын ошибок трудных.
