Словно услышав ее слова, корабль клайгов моргнул красным и от него отделилась пульсирующая точка. Седой коснулся изображения, вызывая таблицу ее характеристик: по проектору побежали строчки ничего не значащих для Глеба цифр, отрисовалась схема.
Харри изучал картинку молча, но как понял Глеб, клайги выпустили ракету. Судя по быстро приближающейся к «Молнии» сигнатуре, всего одну, однако достаточно резвую. Она ловко уворачивалась от дрейфующих в космосе каменюк и с каждой секундой сокращала расстояние до цели. Затаив дыхание, команда следила за приближением тревожно мерцающего ореола в проекторе.
«Почему не лучом или рельсовым?» – удивился Глеб.
Айга посмотрела на него, как на глупца или маленького ребенка:
«Слишком много физических помех. Велика вероятность, что лазер рассеется в процессе. На перезарядку уйдет уйма драгоценного времени».
«Тогда почему всего одна?»
«Наверное, потому, что им неинтересно общаться с кучей обломков. Нас хотят допросить. Боеголовка несет останавливающий заряд».
«Обычные переговоры не помогут?»
«Клайги не станут обсуждать дело с людьми, приютившими эфеса. Чересчур много зла принесли им мои предки».
«Так все дело в тебе?!» – Глеб удивленно воззрился на девушку. Ее лицо побелело сильнее прежнего, губы кривились в напряженном оскале, из-под верхней губы выглядывали пожелтевшие клыки.
«Желаешь сдать? – сказала она без эмоций. – Ну, что ж, вперед. Предложи это Харри, он только того и ждет».
«Дура! – возмутился Глеб. – Я думал, ты лучшего обо мне мнения».
Все тычки и уколы от Айги прежде он воспринимал не так, чтобы на полном серьезе. Но тут она переплюнула сама себя. Да как вообще эта странная мысль поместилась в ее голове?! Впрочем… что с нее взять? Она же – бешеная.
Когда до столкновения оставалось что-то около пяти тысяч километров, сигнатура ракеты вспыхнула еще раз и разделилась на десяток объектов помельче. Дольф среагировал на изменения и выпустил дроны: рой мелких точек, пульсирующих в такт «Молнии» и имитирующих ее поведение, приближался к боеголовкам.
Вот вспыхнула и исчезла в пламени одна, вторая, третья… Две из них вышли из роя невредимыми и висели теперь на хвосте. Уперев руки в стол, седой подался вперед: преследователи ускорились и снова разделись – уже на двенадцать сигнатур каждая.
– Черт! – не выдержал Харри и подскочил с места. – Где эти шавки раздобыли «матрешку»? Он буркнул в кулак и приказал Крису развернуть щиты в сторону вероятной угрозы, а Дольфу велел беречь дроны.
– Сверхсвет нам сейчас недоступен, – сказал седой мрачно. – Рекс, Боб, готовьтесь встретить дорогих гостей; остальным – занять места согласно боевого расписания. Приготовиться к внеплановой стыковке.
Пол мелко задрожал, когда на проекторе отразилось, как боеголовки одна за другой входят в зону действия щитов. С каждой секундой они вспыхивали все ближе к корпусу. Клайги не отставали и шли почти в точности повторяя курс «Молнии». За ними оставался шлейф мелких обломков от разрушенных астероидов.
Харри встал. Опуская щиток на шлеме, произнес:
– Айга, ты помнишь наш разговор!
Девушка кивнула и снова потащила Глеба куда-то.
– Да что ты ползаешь, как обожравшийся олта крепс! – звонко крикнула она ему прямо в ухо. – Шевелись, улитка недоделанная!
Они пронеслись по коридорам, миновали три бронированных двери. А за четвертой комариное зудение реактора стало ярче. Глеб кожей ощущал идущий от него жар. Айга сдвинула переборку и гул усилился, за стеной обнаружилась небольшая ниша. Без объяснений девушка затолкала его внутрь и принялась закрывать, сама осталась снаружи. Глеб поймал ее за руку.
– Погоди. Давай вместе.
– Хм. Боишься что ли?
Парень немедленно смутился: иногда девчонку хотелось убить за излишнюю прямоту.
– Как мне быть, если корабль разрушится? Что тогда делать? – спросил он, сделав вид, что не заметил подвоха. – Броня защитит в космосе, но сколько я там протяну один?
– Считаешь, что вдвоем болтаться меж астероидов будет веселее?
– Ты лучше знакома с возможностями снаряжения, – насупившись, проговорил он.
Корабль снова тряхнуло: Айга и Глеб замерли, выискивая за остервенелым жужжанием реактора звуки рвущейся обшивки. Несколько раз моргнул свет.
– Нужно спрятаться, Глеб, – не заметив ничего подозрительного, ответила девушка. – Когда сойдемся борт в борт, никто из клайгов не должен знать о тебе.
– Но если на том корабле Рраафт, – парень замолчал, когда на короткий миг пропала гравитация и желудок подтянулся к горлу, – то меня будут искать. Эта сука видела нас вместе.
– Скажем, что выкинули за борт, и тебя не хватятся. Клайги рациональные существа. Они поверят, потому что не склонны таскать за собой балласт.
Глеб поперхнулся: ну, сколько можно, а?!
– Но. Кх… А ты? Вместе отсидимся.
– Мою породу они знают. Пожалуй, сообразят, что многих тут угроблю, если кто-то подобное решит провернуть. Да и зачем кому-то это делать? Вычислят обман. Кроме того, пробелами в логике они не страдают, примутся и за твои поиски.
– Ты уверена, что они не станут разрушать «Молнию»?
