В зале повисло молчание, мы все смотрели на приехавшего – он был настолько высок, что, протискиваясь в дверь, ему пришлось низко наклонить голову, чтобы не удариться о притолоку. Потом новый гость выпрямился, едва не задевая низкий потолок пивной своими светлыми волосами. Это был крупный красивый мужчина лет сорока пяти, широкоплечий, с крепким квадратным подбородком и высокими скулами. Приехавший был в теплом зимнем пальто, из-под которого выглядывал дорогой костюм. На руках – пара зеленых водительских перчаток с дырочками. Двигался мужчина свободно и неторопливо, вся его фигура излучала властность и полную уверенность в себе. Он обвел зал своими ярко-зелеными глазами, сразу же засек нас и двинулся к нашему углу.
Разумеется, мы знали, кто это. Да и кто его в Лондоне не знает, если плакаты с лицом этого человека висят в городе на каждом углу? И на этих плакатах он всегда улыбается так широко, что зубы напоминают клавиши рояля, изумрудные глаза сверкают, а в руках у него какой-нибудь новый хитрый приборчик, изобретенный башковитыми учеными из его института. А если у него в руках нет приборчика, значит, он стоит в обнимку с мультяшным львом. Короче, как вы уже давно, конечно, догадались, это был Стив Ротвелл, собственной персоной. Собственной мультяшной персоной, добавила бы я, потому что было в фигуре Стива Ротвелла что-то карикатурное, мультяшное. Широкая в плечах, объемистая в груди, она как-то очень стремительно сужалась потом книзу, заканчиваясь парой миниатюрных, почти женских ножек. Из-за этого Стив Ротвелл смахивал на мультяшного бульдожку, и его, наверное, кто-то мог бы назвать забавным, но только не я. Почему? Потому что хорошо помнила, как хладнокровно этот мультяшный бульдожка заколол на моих глазах человека своей шпагой.
Пока все это промелькнуло у меня в голове, Стив Ротвелл уже подошел, отодвинул от нашего стола свободный стул, уселся на него и спросил:
– Кто из вас Энтони Локвуд?
– Это я, сэр, – вежливо кивнул Локвуд. – Рад снова видеть вас. Мы с вами мельком встречались в прошлом году на карнавале. Возможно, вы помните также моих друзей – Люси, Джорджа и Холли.
Стив Ротвелл был из тех людей, что сидят на стуле, откинувшись на спинку и широко расставив ноги. Поза альфа-самца. Он снял свои зеленые перчатки, швырнул их на стол и ответил:
– Холли Манро я помню, она когда-то работала у меня. Остальных… тоже припоминаю. Вы шестерки Пенелопы Фиттис.
– Простите? – поднял бровь Локвуд.
– Шестерки. Лакеи. Ходите перед ней на задних лапках. Стоит ей свистнуть, и побежите, куда она прикажет.
– Это оскорбительное заявление, сэр, – сказал Локвуд, потом задержал свой взгляд на Киппсе и добавил, указывая на него: – Ладно, он до недавнего времени действительно служил в агентстве «Фиттис». Больше не служит там, между прочим. А мы, все остальные, – полностью независимые агенты, поэтому напрасно вы про лакеев, сэр. Пить будете что-нибудь?
– Кофе, – ответил Стив Ротвелл. – Дорога длинная была.
– Будьте любезны, принесите кофе, мистер Скиннер, – попросила Холли.
Стоявший за стойкой с выпученными от удивления глазами хозяин постоялого двора вздрогнул и тут же исчез. Полетел кофе варить для дорогого гостя.
– Если вы проголодались, на кухне, возможно, осталось немного потрохов с тушеной репой. Не желаете? – любезно предложил Джордж.
Ротвелл на это ничего не ответил. Он неторопливо расстегнул пуговицы на своем пальто, слегка наклонил вбок голову, внимательно разглядывая Локвуда, потом спросил напрямую, в лоб:
– Что вы здесь делаете, мистер Локвуд?
– Пью чай и изучаю карту. А что?
– Я имею в виду, что вы делаете здесь, в Олдбери Касл? Зачем вы сюда приехали?
– Возможно, вы не в курсе, сэр, – что неудивительно, поскольку у вас слишком много более важных дел, – но в этой деревне активизировался опасный призрачный кластер. Мы приехали, чтобы покончить с ним, – холодно улыбнулся Локвуд.
– Почему именно вы? Обычно ваше агентство работает в пределах Лондона.
– Нас попросили попавшие в отчаянное положение жители деревни, и мы не могли им отказать.
Как и многие мужчины, считающие себя важными шишками или неотразимыми красавцами, мистер Ротвелл не был щедр на улыбки, поэтому на протяжении всего разговора его лицо оставалось почти неподвижным.
– Вам должно быть известно, что Олдбери Касл находится очень близко к одному из филиалов моего института. Можно сказать, прямо у него на пороге стоит. Мы считаем эту деревню частью своей территории.
Ротвелл помолчал, ожидая реакции Локвуда, но тот лишь вежливо улыбался и молчал.
– По законам вежливости агентства должны уважать неприкосновенность чужой территории, – продолжил Ротвелл. – Это означает, что агентство не может браться за расследования или заключать договора с клиентами в чужой зоне влияния. Хотя это и неписаные законы, все мы придерживаемся их, и большие агентства, и малые. Вот почему мне так странно видеть вас здесь, и я надеюсь, что после моего напоминания вы завтра же покинете Олдбери Касл.
