Она едва успела ухватить Брайса за ошейник, когда он грозно зарычал на человека, стоявшего на верхней ступеньке.
– Гэри? – ахнула Эбби.
– Мне известно только то, что шериф и прокурор Райан говорили в газете, – встревоженно призналась Ханна Пэйн своему дружку Джо, пока они сидели в кухне, попивая кофе и доедая булочки, испеченные ею.
Джо уже пора было на работу: в этот вечер у него на фабрике была третья смена, а Ханна не хотела ложиться, потому что он собирался уйти и оставить ее одну в доме, где они жили вместе.
– Детка, шериф просто хочет напугать местных женщин, чтобы вы были осторожны, вот и все, – терпеливо растолковывал ей Джо. – И он прав. Но пока ты соблюдаешь осторожность и никуда не ходишь одна, с тобой ничего не случится. Я проверил все двери и окна, все запер так, что и муха не пролетит. У тебя надежная машина, сотовый телефон, пистолет в тумбочке у кровати и Бизон.
Здоровенный беспородный пес, дремавший под столом, зашевелился, услышав свое имя.
– Я знаю, но...
– Бери его с собой всякий раз, как выходишь из дома, и езди только с поднятыми стеклами. Не открывай никому, кроме меня и своей сестры. Пусть автоответчик записывает все звонки, не отвечай никому, если не выяснишь, кто звонит. – Джо ободряюще улыбнулся ей. – Ты, главное дело, будь осторожна, Ханна. Если тебе так страшно, я буду каждый вечер отвозить тебя вместе с Бизоном к твоей сестре, когда у меня смена. Будешь оставаться у них до утра.
– Нет, этого я не хочу. Ты же знаешь, нам с ней нельзя надолго оставаться вдвоем. Вечно мы начинаем ссориться по пустякам. Я лучше побуду тут с Бизоном.
– Точно? – Он пытливо заглянул ей в лицо. – Не знаю, удастся ли мне, но, если хочешь, я попробую на будущей неделе взять пару отгулов. Мы могли бы съездить в горы. Если, конечно, этого гада не поймают раньше.
– Ладно, поживем – увидим.
– Ну я пошел, а то карточку не пробью вовремя.
Ханне его идея пришлась по душе.
– Да, мне хотелось бы ненадолго выбраться из города. Даже если его поймают.
– Отлично, – улыбнулся Джо, – я потолкую в отделе кадров, может, они освободят меня на пару дней. Ты, главное, не волнуйся, детка, хорошо?
– Постараюсь. Но завтра утром мне надо к бакалейщику за покупками, – сказала она.
– Я буду дома к восьми тридцати и сам тебя отвезу.
– Тебе же надо поспать.
– Позже успею. А теперь пошли, запрешь за мной дверь.
Ханна проводила его до дверей их маленького домика и поцеловала на прощание, прижимаясь к нему крепче, чем обычно.
– Веди машину осторожно. Снег еще идет.
– Не бойся, я всегда вожу осторожно.
Джо наградил ее шлепком по ягодицам и прошептал на ухо непристойное предложение. Она улыбнулась в ответ и напомнила ему, что у них нет времени и он опоздает на работу, если они займутся тем, что он предлагает. Он усмехнулся и подмигнул ей.
После этого он ушел.
Ханна заперла за ним дверь и дважды проверила все замки. Бизона она впустила в спальню, когда наконец отправилась спать, хотя обычно ему полагалось спать в гостиной.
Забравшись в слишком большую и казавшуюся пустой без Джо постель, она включила телевизор и стала смотреть старый фильм, лишь бы не прислушиваться к глухому снежному безмолвию за окном.
– Гэри? – повторила Эбби.
Он опасливо косился на собаку и не смел переступить через порог.
– Где ты, черт возьми, его откопала? – буркнул Гэри.
Эбби уже собиралась ответить, когда до нее вдруг дошло, что она больше не обязана перед ним отчитываться.
– Гэри, что ты здесь делаешь? Уже почти полночь. – Эбби не сделала попытки успокоить оскалившегося, злобно рычащего Брайса.
Гэри отвел взгляд от пса и улыбнулся ей проникновенной улыбкой – той самой, которая когда-то пленила восемнадцатилетнюю девочку, слишком юную и неопытную, чтобы встревожиться и заподозрить неладное, когда он впадал в угрюмое молчание или взрывался приступами бешеной ревности. В молодости Гэри был поразительно хорош собой; теперь, к сорока, он отяжелел: наметилось брюшко и двойной подбородок. Слишком много лет он ублажал свой скверный нрав и непомерные аппетиты, это не могло не сказаться на его внешности.
– Я просто пришел повидать тебя, Эбби. Что тут такого?
В первый момент она страшно испугалась и теперь постаралась скрыть свое облегчение. Он еще не знает, что она встречается с Мэттом, пока, по крайней мере, не знает. Если бы узнал, то не сумел бы сдержаться: ревность Гэри проявлялась бурно и спонтанно.
Эбби перевела дух, стараясь говорить ровно и безучастно:
– Гэри, ты выбрал для визита странное время. Уже поздно, я устала и хочу лечь. И если этого мало, вспомни, что тебе говорил прокурор. Ты здесь больше не живешь, и, если будешь являться без предупреждения, я получу запретительное предписание. Ты же не хочешь, чтобы я за ним обращалась? Или ты хочешь обсуждать наши отношения в суде, на открытом слушании?
