Но радость моя была недолгой. Подойдя к навесу с мотоциклами, я увидел… руины. Вчерашний мотоцикл был разбит. Нет, не просто разбит — его можно было сдавать на металлолом без подготовки.
Я обошёл останки, аккуратно их осмотрел и задумался.
— Как я вообще доехал до дома?..
В голове — пустота. Не тёмная, зловещая бездна, а просто… пустота. Ни одного воспоминания. Я вздохнул и мысленно сделал пометку: не ездить пьяным за рулем. Жив остался — и то хорошо.
К счастью, у меня был второй мотоцикл. Гениальная покупка. Сев за руль, я достал телефон и выставил маршрут до главного офиса Караваева.
— Вперёд, навигатор, веди меня к этому чудесному человеку, которому я вот-вот испорчу день.
Двигатель рыкнул, и я отправился в путь.
Я без приключений доехал до нужного здания — высокого, массивного, с фасадом, отливающим мрамором. Люди всегда любили такую роскошь, которая навевает ощущение силы и власти.
Зайдя внутрь, я оказался в просторном холле, где царила идеально выверенная атмосфера — чистота, стиль и ощущение, что ты никому здесь не нужен, если не пришёл с мешком денег. Это место было словно храм, и его жрецы, без лишних слов, судили, кто достоин войти, а кто — нет.
На ресепшне сидела симпатичная девушка в строгом костюме, с аккуратно собранными волосами и лёгким ароматом дорогих духов, который мгновенно ударил в нос. Её взгляд был на редкость профессионален — ни намёка на лишнюю любезность.
— Доброе утро! Чем могу помочь? — её улыбка была безупречной.
Я тоже улыбнулся. Шарм, обаяние, мягкий голос — для таких девушек я всегда был готов выдать свой лучший номер. Но внутри меня начинала прокрадываться привычная, раздражающая мысль: «Ты просто одна из тех, кто сдает свою душу за роскошь.»
— Мне бы к Караваеву. По делу.
Она кивнула и принялась нажимать на кнопки, связываясь с начальством. Я заметил, как её лицо на мгновение слегка напряглось, как только я назвал фамилию. Приятно ощущать, что даже здесь мои слова имеют вес.
— Ваше имя? — спросила она, будто проверяя не шутку ли я ей рассказываю.
— Лев Морозов.
Лёгкая пауза. Она подняла глаза, едва заметно сжала губы, но быстро вернулась к своему профессиональному лицу.
— Подождите, пожалуйста. Сейчас уточню.
Я кивнул и, пока ждал, погрузился в наблюдения. Холл был живым, бурлящим, но одновременно — безжизненно холодным. Люди ходили туда-сюда, переговаривались, кто-то ругался по телефону. Всё это — лишь фон для величественного здания, где каждый момент кажется частью какого-то огромного механизма.
Через пару минут за мной пришли двое охранников. Мощные, как бы из камня выкованные, в чёрных костюмах. Их лица были каменные, но в одном из них я прочитал что-то большее — прямое презрение, будто он уже представлял, как я буду лежать в их подвале.
— Следуйте за нами, — приказал один, не двигаясь с места.
— А куда? — уточнил я, не торопясь вставать.
— К Караваеву.
— А, ну раз так… — не спеша поднялся и последовал за ними, чувствуя, как их взгляды тяжело ложатся мне на спину. Но в этом был некий магнетизм — именно в такие моменты я ощущал себя на вершине.
Кабинет Караваева встретил меня своим величием. Роскошь была осязаемой, но не вычурной. Темное дерево, кожа, картины. Всё это напоминало не просто богатство, а свою безмерную власть. В центре всего этого стоял сам Караваев — мужчина, обладающий не только физической силой, но и тем видом, который заставлял людей уступать ему место в мире.
— Барон Морозов, — произнёс он. Его взгляд был пронзающим, как если бы он хотел рассечь меня на части.
— Караваев, — ответил я, с тем же вниманием. Мы оба знали, что это больше, чем просто приветствие.
Он кивнул на кресло, и я не стал отказывать. В его жесте не было ни малейшего намёка на приглашение — скорее приказ. Я сел.
— Долг принёс?
Я молча достал конверт, положив его на стол. Караваев мельком заглянул в него, и его пальцы чуть сильнее сжались. Он понял. Он точно знал, какие именно деньги я ему вернул. Эти деньги, которые он не так-то легко мог бы получить обратно.
Лицо его оставалось каменным, но я ощущал, как его внутренний мир начинает немного колебаться. Он был на грани, но искусно скрывал это.
— Хорошо, — сказал он, быстро спрятав деньги в стол. Потом достал бумаги, подписал их и протянул мне. — Долг закрыт.
Я взял документы, спокойно, без лишних эмоций, но внутри меня что-то ёкнуло — я знал, что эти деньги не просто закрыли долг. Они открыли ещё одну дверь.
— Ещё один вопрос, — сказал мужчина, откидываясь на спинку кресла. Его голос не был небрежным, но в нём чувствовалась какая-то скрытая угроза. — Я готов выкупить твое поместье.
Я не удивился. Он был человеком, который всегда знал, как заставить людей пойти на сделку. Но его слова, как всегда, только усиливали внутренний протест.
— Спасибо, не интересует. Природа уж больно там красивая.
Тишина повисла в воздухе. Он, видимо, ожидал, что я скажу что-то большее, что смогу предложить что-то взамен. Но я молчал. Он тоже молчал.
Минуты казались часами. И тогда, немного отпустив напряжение, Караваев кивнул, как будто принял решение и, таким образом, закрыл разговор.
