Нет покоя журналисту, которого судьба занесла в игру под названием «Файролл». На этот раз его дорога пролегает по Северу – древней и мрачной земле, где в курганах спит древнее зло, в Железном лесу плетет свои интриги бессмертная ведьма и где так сильна власть таинственного Великого Фомора. Сможет ли наш герой собрать все рати Севера, чтобы победить зло на этих землях? И что в результате его ждет в конце пути как в игре, так и в реальной жизни?
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
– Ну что поделаешь, солнышко, так оно всегда и бывает. – Я чмокнул Вику в щеку. – Умирают всегда молодые, талантливые и умные, а старые, бездарные и глупые коптят небо до ста лет. Таковы законы жизни.
– Я не хочу, чтобы ты умирал, – надула губы Вика. – Мне с тобой хорошо.
– Ну кабы меня кто спрашивал. Придет гражданка с косой, стукнет в дверь: «Кто тут Никифоров, выходи». И все. И привет. Но – спасибо за комплимент.
– Дурак. – Вика убрала подбородок с моего плеча. – Не накаркай. Некролог на администратора сам писать будешь?
– А у тебя есть желание помочь родной газете?
– Ни малейшего. Я вообще таких вещей боюсь. – Вика передернула плечиками. – Напиши сам, а?
– Напишу. Только сначала надо съездить кое-куда.
– Куда? – нахмурилась Вика и уперла руки в бока. – Куда это ты намылился, а?
– Эй-эй-эй! Все только для тебя. Посмотри в окно, видишь машинку у входа? – Я ткнул пальцем в «Импалу».
– Ага, прикольная. Ретро.
– Ретро. Эх ты, дитя джипов. Это «Шевроле-Импала», легенда на четырех колесах. И с сегодняшнего дня – наш верный спутник, от дома до работы и обратно. Ну и если еще куда ехать придется.
– А-а-а! – завизжала Вика негромко. – Ты купил машинку!
– Ну как купил? – потупился я. – Подарили. За верную и беспорочную службу!
– Эти? – Вика ткнула указательным пальцем в потолок.
Я кивнул.
– Круто. И сколько такая стоит?
– Чертову тучу нулей. Ручная сборка, индивидуальный заказ. Точно даже не представляю.
– Ты чего такое сделал для них? – вытаращила глаза Вика. – Убил, что ли, кого?
– А то, – сказал я, иронизируя над самим собой. – Конечно. Тыщу людей!
– Шеф, – бесцеремонно влез в наш разговор Юшков. Столь тесное общение меня и Вики парней уже не смущало, они уже поняли суть наших отношений, смирились с тем, что Вика теперь уж точно мой зам до скончания веков, и перестали по этому поводу загоняться. – С передовицей что-то будем делать? Первую полосу теперь, я так понимаю, займет некролог?
– Перенесем в следующий номер. Сейчас фотки придут, отберите такую, где он повеселее. Все, я ушел, буду через пару часов, – распорядился я, накинул куртку и направился вниз.
Человек у машины оказался бойким пареньком из породы «те, что всех знают». Он экспрессом провел меня по всем необходимым инстанциям – от ГИБДД до страховой, время от времени задавая вопросы типа:
– Номерок желаем какой? Пафосный или попроще? Страховочку у кого делать будем, предпочтения есть?
Я вяло ему отвечал, что номерок мне по барабану, какой дадут – такой дадут, но, конечно, такой, чтобы было ясно, что с владельцем этой машины лучше не шутить, только это, поди, дорого. А, это входит в стоимость? Страховая? Страховая мне тоже по барабану, какая – если такая машина бьется, то ни одна страховка не возместит ее стоимости в полном размере.
Пройдя все круги постановки машины на учет, мы отправились обратно в редакцию. По пути я предавался размышлениям.
Мысли мои конечно же в основном крутились возле сегодняшней новости о кончине бедолаги Ставроса. Ну как бедолаги… Он явно был крысой, царствие ему небесное, а потому понес хоть и очень суровое, но явно заслуженное наказание. Не думаю, что он получал так уж мало, чтобы еще и приторговывать секретами «Радеона» на сторону. Если я, малая, по сути, сошка, получаю такие деньги, то он, сильно не последняя фигура в корпорации, наверняка имел доход, сопоставимый с годовым бюджетом средней африканской республики. А может, и какой из республик бывшего СССР.
Если честно, я не испытывал совершенно никаких нравственных мучений по поводу того, что был одной из причин подписания ему смертного приговора. Да и причиной я в общем-то не был, так, небольшим катализатором. Не считайте меня совсем уж нравственным уродом, которому абсолютно безразлична человеческая жизнь, просто род моих занятий не предполагает излишней рефлексии, к тому же я точно знаю, что платить надо за все свои поступки. Вот он и рассчитался в полной мере за содеянное.
