Путевые очерки.
Наше юношество прежде всего должно познакомиться с тем миром, на который направлен человеческий труд. И если бы за работу сели знающие люди, обладающие небольшой литературной талантливостью, как сумели бы они увлечь читателей живым рассказом хотя бы о наших природных богатствах: о лесах севера, об угле и рудах Донбасса, об умиравшем при власти помещика мощном Урале, Кавказе и о неисчислимых богатствах хотя бы только одного Кузнецкого или Алтайского района. Это вернее, чем вся гуманная литература, вдохнет в юношество пафос трудовой борьбы, пафос строительства, обновляющего весь мир.
Английские географы гордятся тем, что они знают каждый клочок британских владений. Они правы вдвойне: они действительно знают географию Британской империи и они действительно вправе этим гордиться. Австралия, Индия, Африка, Канада – все это так далеко от самой Англии. Тысячи и десятки тысяч километров пути отделяют заморские владения от метрополии, и между тем нет такого клочка ни в одном самом диком, самом необитаемом уголке доминионов или колоний, где англичанин не попирал бы почву своим тяжелым походным сапогом.
И не только те края исходили вдоль и поперек английские географы, где английский паспорт является законным документом, а и туда, куда доступ европейцу запрещен под страхом смерти, назойливо лезут передовые ищейки британского империализма, сначала узнать, обнюхать со всех сторон, излазить вдоль и поперек привлекающий их кусок земного шара и после того попытаться подмять его под широкую когтистую лапу жадного британского льва. Вот принцип англичан.
Толкаемые жадными до наживы купцами, поощряемые щедрыми премиями адмиралтейства, английские мореплаватели исколесили все воды нашей планеты от Арктики до Антарктики. И прежде всего борьба оформившегося и осознавшего себя английского империализма была борьбой за географию. Недаром история морских открытий наполовину является историей английского мореплавания, а в истории исследования Азии, Африки, Австралии и Америки английским географам принадлежит одно из самых почетных мест.
На истории вытеснения англичанами с морей таких исторических мореплавателей, как португальцы, испанцы и позднее голландцы, чрезвычайно рельефно выпирает значение познания англичанами арены борьбы.
Их предшественники, фактически владевшие основными европейско-азиатскими путями, заставили англичан начинать свою морскую карьеру на далеком севере в поисках северных путей из Атлантического бассейна в бассейн Тихого океана, считавшийся тогда единственно привлекательной целью для купца. Но португальцы и испанцы, понуждаемые разлагающимися морально правящими кругами своих государств, вырождались из купцов-исследователей в чистых конквистадоров, стремившихся только к тому, чтобы добыть золото там, где его можно было вышибать мечом из рук цветных народов, населявших неизвестные завоевателям страны.
Политика англичан была более дальновидной. Они шли не путем завоевания вслепую, а путем овладения через познание нужных им областей. Изучение и географическое исследование всегда сопутствовало и сопутствует англичанам в их захватнической деятельности.
Англия и Советский Союз – антиподы. Мы не собираемся и не хотим никого и ничего завоевывать и покорять. Как путь к осуществлению постоянных империалистических тенденций, география нас не интересует, но искусству географических исследований и науке познания земли мы все-таки должны у англичан научиться. Имена многих русских исследователей-путешественников вписаны золотыми буквами в историю познания земного шара. Но как бы блестящи ни были заслуги наших отечественных географов и краеведов, то, что сделано нами, ничтожно мало. Настолько позорно мало, что не имеем даже права сказать: «мы знаем свою страну». По сравнению с правительствами других стран, правительство Российской империи никогда не отличалось стремлением к познанию подвластных ему территорий. Только вторая половина XIX и первые годы XX веков ознаменовались некоторым оживлением в области возрождения географии и краеведения России. Но и тогда правящие верхи продолжали гораздо больше интересоваться топографией фешенебельных курортных местностей Западной Европы, чем географией страны, в которой они жили и которой управляли.
