Тут же после этой фразы, когда музыканты, перешли во второй вагон, вошел худосочный человек в бежевом плаще с маленькой картонной табличкой: «Я глухонемой, умею только писать. Прошу, помогите». Основная часть вагона его проигнорировала.
Позже Азат увидел такое разнообразие попрошаек, что начал убеждаться в обычном маскараде чуть ли не каждого из них ради легкого способа добыть деньги. С другой стороны, не так уж это и легко терпеть. В детстве его учили делиться, и проходя мимо нищих или псевдонищих, совесть щекотала душу. Он сам был на мели и не знал, делиться или нет, на благо ли он даст монету. И с каждым днем он все чаще стал видеть реалии, совесть начала успокаиваться, и Азат с состраданием и благим пожеланием подавал монету избирательно.
Возвращаясь к недавнему моменту, Азат решил со своей музыкой не лезть в трамвай, видя в глазах пассажиров столько отвращения, и остался только в их числе.
В общежитии было душно. Хотя кондиционер старого образца тут присутствовал, но он был настолько забит пылью, что нормально дышать было просто невозможно. Но пока еще ночи были прохладные, и тонкие стены остывали быстро. Сегодня не было звезд, поднялся ветер, и Азат распахнул окно в ожидании дождя. Он подумал о том, что на этот раз повезло, он успел вернуться сухим, а так дождевик будет отнюдь не лишним. Но прежде хотелось снять отдельную комнату. Пока везло: никто ближайшее время не подселялся. Пересчитав первый заработок, он приятно удивился и тут же отложил часть в первую копилку – тканный мешочек от чая. Еще нужен был мобильник. Азат открыл карту, которую прихватил по пути на одной из рекламных полок улицы, отметил адреса с объявлений о работе, настроился на ранний подъем и лег спать.
«Надо у кого-то одолжить мобильник. Однозначно». Из соседей Азат успел только разглядеть, а еще больше расслышать, дагестанскую семью с тремя детьми, справа какие-то два пьянчуги, слева два жильца похожи на наркоманов. Эти люди находились тут едва ли не круглосуточно. Роман переселился в «одиночку».
Роман еще спал, когда услышал стук в дверь. С трудом открыв глаза, с еще большим усилием он поднялся со скрипучей кровати.
– Кого там принесло…
Открыв дверь, увидел перед собой Азата.
– О, здорова! Ты че в такую рань притащился? Случилось че?
– Привет. Одолжишь мобильник?
– Могу, если ненадолго. С твоим что?
– Пока не купил. Я только по объявлениям позвоню и отдам.
– Ааа… Слушай, да никто раньше девяти не ответит. Работу ищешь, да?
– Да.
– Я тебе говорю, они еще сны смотрят.
– Я попробую. Нет времени, не могу ждать. Если не дозвонюсь, сразу поеду.
– Как хочешь. На, – Роман достал мобильник из шорт-парашютов и кинул его в руки соседу.
Оживленный город требовал плату за присутствие большим количеством времени. Куда-то Азату удалось дозвониться, куда-то – нет, в любом случае он мало что выиграл от этого. Кое-куда можно пройтись, тут рукой подать. Азат начал со склада на промышленном квартале. Охранник из будки доложил, и посетителя пропустили.
– Вакантных мест нет, – уточнила администратор после телефонного разговора.
– Но объявление…
– Оно не актуально. Просто оплачено на месяц. Извините, всего доброго!
Следующим объектом был склад стройматериалов. Азата направили к менеджеру в офис.
– Добрый день! Вам куда? Вы по записи? – поинтересовалась молодая сотрудница с тонким голоском в деловом черном костюме.
– Нет. Я не знаю, я по объявлению грузчиком.
– Нужно было заранее позвонить. Сейчас вас принять не могут.
– У меня пока нет телефона, я сразу пришел.
– Нужно записываться. Та-ак… – девушка направила взгляд в монитор, – на послезавтра. Вот, можете заполнить анкету, я передам менеджеру по кадрам.
Азат рассмотрел поданную анкету. «Анкета для грузчика? Что за бред», и решил отказаться, посчитав, что это пустая трата времени. Из карты место было вычеркнуто.
