В советское время великий прозаик и драматург присутствовал на ТВ – в основном театральными спектаклями по его пьесам, кинофильмами по его прозе, транслируемыми на телеэкране, и телефильмами по его произведениям, а также Алексей Максимович очень часто являлся персонажем фильмов о русской жизни начала ХХ века. Он был фигурой огромной, загадочной, мифологической.
Из русских классиков после Гоголя, Достоевского, Толстого и Чехова Горький – самый популярный писатель в мире. Несчётное число раз экранизировались «На дне», «Егор Булычов», «Васса Железнова», «Мать» – его произведения и сейчас продолжают вдохновлять актёров и режиссёров. В СССР Горький вызывал интерес не только, так сказать, «по службе», как великий пролетарский писатель, буревестник революции, основатель социалистического реализма, друг Ленина – Сталина, но и «по душе». Его произведения волновали и волнуют. Как, собственно, и жизнь великого писателя, которая полна самыми разнообразными приключениями.
На первом месте по числу воплощений, безусловно, пьеса «На дне», которая когда-то для Художественного театра сыграла роль, не менее выдающуюся, чем пьесы Чехова. В 1902 году горьковская драма имела огромный, ошеломительный, ни с чем не сравнимый успех и в России, и по всему миру. Пьесу, в которой Ваську Пепла играли Жан Габен и Тосиро Мифунэ, экранизировали великие Жан Ренуар и Акира Куросава – каждое поколение, каждый народ находили в ней что-то своё, насущное, но конгениальных телеверсий сохранилось, к сожалению, немного. Да, есть кадры с первым исполнителем роли Барона – Василием Качаловым из того, великого, мхатовского спектакля, но в полном виде до нас дошла лишь версия 1952 года – тогда вся страна готовилась отметить 85-летие автора, и на плёнку снимали многие горьковские спектакли, шедшие в СССР. Во мхатовском Качалова заменил Павел Массальский, Ивана Москвина – Алексей Грибов, а Константина Сергеевича Станиславского в роли Сатина – Владимир Ершов. Конечно, это было уже не то, так сказать, посмертная маска легендарного спектакля.
Гораздо более молодым, живым и свежим казался снятый через двадцать лет спектакль, поставленный Галиной Волчек в театре «Современник» с замечательными Евгением Евстигнеевым, Андреем Мягковым, Валентином Никулиным, Ниной Дорошиной, Игорем Квашой, Олегом Табаковым… «Современник» намеренно ушёл от социального пафоса и всего патетически героического в трактовке пьесы.
Очень трудно перенести театральный спектакль на язык кино или телевидения без потерь, очень сомнительно, когда великая горьковская пьеса лишь формально «осовременивается», и её действие из ночлежки, построенной в конце ХIХ века, переносится на свалку в век ХХI, а старик Лука превращается в хипстера. Впрочем, какие могут быть претензии? В 90-е и нулевые обстоятельства давнопрошедшего времени стремительно вернулись в русский обиход, да ещё и с прибытком. То, что долгие годы воспринималась, как дореволюционная босяцкая экзотика, возвращение чего невозможно было и представить, а вот, глядишь ты, вернулось, стало частью городской жизни России. С ночлежками, бомжами, проститутками, спившимися баронами, опустившимися профессорами… Что-то похожее с изумлением продемонстрировал Эльдар Рязанов в «Небесах обетованных». А в 2014 году режиссёр Владимир Котт снял свою версию драмы Горького, в которой старца Луку сыграл юный Семён Трескунов. В ней участвовали очень хорошие актёры: Евгения Добровольская, Сергей Сосновский, Николай Аверюшкин, Агния Кузнецова, Михаил Ефремов, а Барона сыграл замечательный Александр Трофимов, который не в первый раз сталкивается с великой пьесой.
В 1984 году Трофимов в спектакле Анатолия Эфроса в Театре на Таганке играл Луку, тоже необычно – тоже очень молодого. Он предстал не добряком-утешителем, каким Луку играли все, а яростным пророком, обвинителем. Но это не единственное открытие спектакля: Сатина на Таганке играл Иван Бортник. Не забыть его монолог («Что такое человек? Это не ты, не я, не они…») и сверкающие глаза Сатина – Бортника не забыть – огромное театральное потрясение. Как жаль, что тот спектакль не сохранился на плёнке.