Корпус Моро начал заходить наступающей русской армии в тыл… Но как только Суворов направился к этому корпусу, как только французы увидели русских солдат 16 июля 1799 года- как они тут же оставили город Нови и отошли на юг, спрятались в безлюдных горах. Там, в горах, разгромленного Моро сменил генерал Жубер, но и его Суворов не стал ловить по итальянским горам. Суворов велел Багратиону выйти из Нови… И Жубер тут же попался в ловушку. Произошло это вечером 14 августа 1799 года. Ранним утром 15 августа Суворов стремительно атаковал войска Жубера. Французская армия в беспорядке отошла на юг, а сам Жубер был убит.
Как видите, и здесь Суворов и русская армия проявляли свои лучшие качества — умение делать дальние броски, сосредоточивать главные силы в нужное время и в нужном месте, решительность, невероятную энергию.
Мешали австрийцы. Пусть Суворов был главнокомандующим и над русскими, и над австрийскими войсками — но австрийцы сплошь и рядом выполняли приказы не Суворова, а своего командования, да к тому же плохо снабжали русскую армию. И к тому же они безбожно врали …
Осенью 1799 года Суворов очистил Северную Италию от французов. По его мнению, пора было идти во Францию, на Париж. Пора закончить войну, и закончить ее надо победоносно!
Но, с точки зрения австрийцев, Суворову было больше нечего делать в Европе. Суворов сделал свое дело, разбил французов… Теперь Суворов может уйти, а во Францию австрийцы вполне могут двинуться и сами. Чтобы Суворову легче было принять нужное им решение, австрийцы вывели свои войска из Швейцарии. Корпус А. М. Римского–Корсакова (26–27 тысяч человек) остался один на один с 39–тысячным корпусом наполеоновского генерала Массены.
Уже не до Франции! Пройдя 150 километров за 6 дней (по пересеченной местности, практически без дорог), Суворов явился в долину и в город Мугтен …
Пробившись в Myттeн, он узнал
От мyттентальского шпиона,
Что Римский–Корсаков сбежал,
Покинув пушки и знамена,
Что все союзники ушли,
Кругом австрийская измена,
И в сердце вражеской земли
Ему едва ль уйти от плена [24, с. 17].
Не совсем прав Константин Михайлович… И Римский–Корсаков не бежал сломя голову, и союзники ушли уже давно. Суворов потому и кинулся спасать вторую русскую армию Римского–Корсакова… Но огорчения в Муттене были, и связаны они были с австрийцами. Горе–союзники не поставили ни обещанного продовольствия, ни полутора тысяч вьючных мулов. Кроме того, союзники врали, будто от Альтдорфа до Швица есть хорошая дорога. А там вообще не было дороги.
Швейцарский поход покрыл имя Суворова еще более неувядаемой славой. Сен–Готард, Унзерн–Лох, Чертов мост — эти названия звучат музыкой для военного историка. Блестящие победы русского оружия, взлет воинской славы, проявления лучших качеств русского солдата!
Простим пафос более позднему строителю империи, Константину Симонову. Победы и правда были, и какие! Около Швица сам французский главнокомандующий Массена едва ушел от русских солдат. Русский солдатик даже схватил уже Массену… Да Массена вырвался, убежал, и остался в руках у солдата всего только эполет от мундира Массены.
С этим эполетом связана история, очень в духе Суворова: генералиссимус произвел солдатика в офицеры. И тут же к нему явилась целая делегация офицеров: мол, им же обидно! Вонючий мужик, а в офицеры… Непорядок! Да и вообще — он же Массену не поймал, он только эполет его принес …
Суворов слушал, не перебивал, а потом тихо спросил:
— А если бы солдат привел в плен Массену — надо было бы его произвести в офицеры?
— Надо было бы! А тут — всего только эполет …
— Хочешь быть генералом? — так же тихо спросил Суворов у полковника.
Полковник щелкнул каблуками.
— А ты хочешь быть полковником? — повернулся Суворов к штабс–капитану.
Тот рявкнул нечто бравое, патриотичное.
— Тогда идите, — так же, не повышая голоса, сказал Суворов, — идите и принесите мне второй эполет Массены. Принесете — быть вам с повышением.
История всем хороша — но ведь и она показывает, какие порядки царили в русской императорской армии. Как отличаются они от порядков в армии Наполеона!
Стало общим местом посмeиватьcя над наполеоновским маршалом Бернадoттoм, которого В 1810 roдy шведские Государственные штаты выбрали в наследники шведской короны. Бернадотт оказался совсем неплохим королем и сделался основателем династии Бернадoттов, правящей в Швеции до сих пор. Только вот беда… в молодости он был якобинцем и страшным врагом монархии. И когда в 1844 году труп доброгo шведскогo короля стали обмывать, на гpуди обнаружили татyировку на родном ему французском языке: «Смерть королям!».
Смех смехом, ирония истории — иронией. Но во Франции выходец из мещан мог стать маршалом, а потом — и королем. В России произвести солдата в офицеры рискнул бы не каждый генерал. В чью пользу разница?
Итальянский и Швейцарский походы — слава России, ее достойнейшее прошлое. И генералиссимусом стал за них Суворов совершенно справедливо. Вот только пoлyчaeтcя — воевал–то он против свободы.
НА РАВНЫХ
