Однако, прежде чем Гудериан мог предпринять дальнейшие действия в каком-либо направлении, он должен был обеспечить свой левый фланг вдоль реки Сож восточнее и западнее Кричева, где прочно укрепились остатки 13-й и 4-й армий советского Центрального фронта. К этому времени XIII и XII армейские корпуса 2-й армии Вейхса пресекли все попытки советской 21-й армии возвратить Быхов и занимали позиции к востоку от реки Днепр и на северо-восток вдоль русла реки Сож на правом фланге Гудериана. Остальная часть армии Вейхса, LIII и XXXXIII армейские корпуса, занимали позиции к западу от реки Днепр южнее Рогачева, готовые к форсированию реки и началу совместного наступления на Гомель. Это наступление Вейхс неоднократно откладывал, во-первых, из-за отсутствия достаточных сил, а еще из-за непогоды, плохих дорог, нехватки боеприпасов и, возможно, оттого, что сильно нервничал. Таким образом, к концу первой недели августа Гудериан со своими войсками занял исходные позиции для нанесения удара на юг через реку Сож в русле генерального наступления 2-й армии Вейхса в районах Рогачева и Гомеля. В этом смысле, являясь продолжением сражения в Рославле, наступление Гудериана на Кричев совпало по срокам с крупной операцией Вейхса по захвату Рогачева и Гомеля. Важнее всего то, что эти операции соответствовали духу и требованиям Директивы фюрера № 34, которую Гитлер выпустил 30 июля. В частности, как показало сражение за Рославль, последующее наступление в южном направлении удовлетворяло трем ключевым требованиям директивы. Во-первых, это обещало ликвидировать крупные силы Красной армии, угрожающие правому крылу группы армий «Центр». Во-вторых, казалось, что, как и в Рославле, переброска крупных танковых соединений поможет в полной мере воспользоваться слабостями советской обороны и, соответственно, нанесет Красной армии тяжелые потери. В-третьих, что важнее всего, такая стратегия избегала столкновения с наиболее крупными группировками русских войск, в частности с армиями, которые Ставка развернула на том же Московском направлении. Тем самым можно было избежать тяжелых потерь, которые немцы наверняка понесли бы, если бы группа армий фон Бока продолжала наступление на Москву.
Гудериан начал фактически выполнять Директиву Гитлера № 34 с рассветом 8 августа, когда 4-я танковая дивизия Моделя и 3-я танковая дивизия Лангермана из XXIV моторизованного корпуса Гейера фон Швеппенбурга нанесли удар в Южном направлении через реку Сож на участке между Рославлем и Кричевом (см. карту 61). В то время как 78-я и 197-я пехотные дивизии VII армейского корпуса Фармбахера, обеспечивающего левый фланг XXIV моторизованного корпуса Гейера фон Швеппенбурга, а 7-я пехотная дивизия того же VII корпуса обеспечивала на правом фланг моторизованного корпуса, 10-я моторизованная дивизия Лепера XXIV моторизованного корпуса совершила марш-бросок по пути следования двух упомянутых танковых дивизий. В результате совместного немецкого наступления была прорвана слабая оборона на правом фланге и в центре 13-й армии Голубева. Последовала почти неделя тяжелых боев, во время которых обороняющаяся 13-я армия была фактически уничтожена.
Ставка, предвидя такое развитие событий, еще 30 июля создала новый Резервный фронт с целью укрепления обороны на левом фланге фронта Западного направления. Фактически в течение этих десяти дней, накануне нового наступления Гудериана, Сталин «перетряхнул» командование Центрального фронта в надежде, что такая мера укрепит его обороноспособность. Так, 26 июля он сменил Герасименко на посту командующего 13-й армией на генерал-майора К.Д. Голубева. Последний командовал 10-й армией Западного фронта во время приграничных сражений. Он тогда заслужил похвалу вождя, организовав честолюбивый, хотя и неудачный контрудар под Гродно, а позднее сумев выйти из Минского кольца окружения. Затем 7 августа Сталин заменил командующего фронтом генерала Ф.И. Кузнецова на генерала Ефремова, бывшего командующего 21-й армией этого фронта. На место Ефремова был поставлен генерал-лейтенант В.М. Гордов, начальник штаба 21-й армии. Голубева, Ефремова и Гордова вождь тоже считал испытанными «бойцами». В то же время Сталин вновь озвучил важную задачу Центрального фронта, которая заключалась в том, чтобы надежно закрыть стык между Юго-Западным, Резервным и Западным фронтами и помочь фронтам Жукова и Тимошенко вести активные боевые действия на Гомельском и Бобруйском направлениях, тем самым ослабляя натиск группы армий «Центр» на Смоленск.
