И при этом Резервный фронт Жукова так и не выполнил поставленной задачи по проведению наступательных операций на фронте южнее Смоленска. 24-я армия Ракутина действительно одержала победу при Ельне, но победа эта обернулась скорее пирровой победой. Хотя ожесточенный натиск 24-й армии в конце концов заставил немцев убраться из Ельни, понесенные армией Ракутина огромные потери полностью исключали возможность нанесения более-менее серьезного урона силам обороны Матерны или же продолжить натиск армии на Смоленск или Рославль. Более того, наступление 43-й армии через Десну к югу от Ельни на Рославль обернулось досадным фиаско, причем обошедшимся немцам весьма малой кровью. Хотя победа Жукова при Ельне на протяжении длительного времени расписывалась чуть ли не как начало нового этапа войны, когда силы Красной армии, успешно пробив мощную оборону врага, отбили у немцев участок оккупированной территории, упомянутая победа не была ни первой, ни самой важной. В действительности главную роль в обеспечении победы под Ельней сыграла 19-я армия Западного фронта и ее командующий Конев. Силы Конева, пробив оборону группы армий «Центр» (V и VIII армейских корпусов) вдоль реки Вопь 17 августа, к концу месяца сумели продвинуться на 10–14 км в глубину на участке шириной 25 км на западном берегу реки Вопь. Для сравнения: силы 24-й армии в ходе сражения под Ельней сумели проникнуть лишь на 18 км в глубину и на участке шириной 15–20 км. Кроме того, три дня спустя после захвата плацдарма 19-я армия успешно отразила попытку усиленной 7-й танковой дивизии захватить плацдарм Конева, нанеся врагу существенный урон – в ходе боевых действий было подбито до 70 немецких танков. Наконец, принимая во внимание чудовищную протяженность восточного фронта 9-й армии, в течение последних двух недель августа 30, 19 и 16-я армии Западного фронта Тимошенко продвинулись от 2 до 15 км на фронте в 80 км, вынудив 9-ю армию группы армий «Центр» оставить около 700 кв. км, что было в два с лишним раза больше территории, освобожденной 24-й армией Ракутина в районе Ельни.
И еще: потери, понесенные группой армий «Центр» на восточном фронте 9-й армии, не только равнялись, но, вероятно, даже превышали таковые, понесенные 4-й армией как в ходе боев в районе Ельни, так и непосредственно в городе. Например, если 24-я армия Ракутина, по существу, не смогла разбить ни одну немецкую дивизию, то 19-я армия Конева практически разгромила 161-ю пехотную дивизию VIII армейского корпуса 9-й армии у реки Вопь, в результате дивизия была признана непригодной к дальнейшему боевому применению. 161-я пехотная дивизия вернулась на фронт лишь 21 октября, спустя три недели после начала немцами операции «Тайфун». Аналогично еще одна немецкая дивизия, 14-я моторизованная, была потрепана так, что вынуждена была оставаться в резерве в течение всего первого месяца проведения операции «Тайфун».
В то время как шесть пехотных дивизий IX и XX армейских корпусов, сражавшихся у Ельни, потеряли примерно 18 тысяч человек (по советским данным больше. –
В последнем анализе, однако, несмотря на успехи 19-й и 16-й армий Конева и Рокоссовского восточнее и северо-восточнее Смоленска и 24-й армии Ракутина у Ельни, явно завышенные ожидания Ставки и Тимошенко развеялись к 5 сентября. В дополнение к неудавшейся попытке разгромить духовщинскую группировку врага и захватить Смоленск Сталин и его генералы теперь столкнулись с ужасной перспективой успешного немецкого наступления на Киев. К 5 сентября единственным препятствием для правого фланга группы армий «Центр», нацелившегося на Киев, был Брянский фронт Еременко. Однако, как вскоре поймут Сталин и Тимошенко, Брянский фронт намеченной роли не сыграл.
