комитетов назначались соответствующим совнархозом и лишь 1/3 избиралась профсоюзным
собранием предприятий. Продукция национализированных предприятий не продавалась как
раньше, а распределялась в порядке натурального обмена. Была введена карточная система, все получали одинаковый голодный паек, вместо денег выдавались трудовые единицы.
“Тенденция к всеобщей натурализации нашего хозяйства должна сознательно проводиться
нами со всей энергией”, — писала в 1920 г. большевистская “Правда”7.
Национализированные предприятия стали не собственностью рабочих коллективов, а
3 Свободная мысль, март 1997, с. 65.
4 Российские вести, 29 ноября 1995 г.
5 Я.Певзнер. Крах коммунизма и современные общественные отношения, с. 86.
6 Там же, с. 88.
7 “Правда”, 14 февраля 1920 г. Орган ВСНХ, журнал “Народное хозяйство” (№ 1/2 за 1920 г.) отмечал: “В настоящее
время в советский России система безденежных расчетов является первым шагом по пути отмены денежного обращения
вообще”.
государственной собственностью, которой стали управлять Совет народных комиссаров
(СНК) и наркоматы. К 1920 г. было национализировано 80% крупных промышленных
предприятий. Промышленность страны в годы “военного коммунизма” погрузилась в
состояние полного паралича.
Рынок практически перестал функционировать, вместо денег в роли всеобщего
эквивалента стали выступать то бутылка керосина или водки, то фунт соли или коробка
спичек, то кусок мыла или аршин ситца. При этом в одном месте России фунт соли можно
было обменять на пуд хлеба, а в другом — пуд соли обменивался на полпуда хлеба. При
этом в Программе партии, принятой в 1919 г., ставилась задача продолжать замену торговли
планомерным натуральным распределением продуктов и последовательно изымать из
оборота деньги.
Как писал в те годы известный российский экономист Б.Бруцкус, “принцип
социализма не есть творческий, не к расцвету, а к разложению ведет он экономическую
жизнь общества”, поскольку нарушается хозяйственный принцип соответствия затрат и
результатов8. Все национализированные и ставшие государственными предприятия стали
работать по принципу “общего котла” без какой-либо связи с реальным спросом, затратами
или рентабельностью. Рыночные операции прекратились, и все произведённые товары
сдавались в распоряжение новых властей и распределялись ими. Это и были реалии нового
строя с его натурализованной моделью экономики.
В годы “военного коммунизма” появились утопические проекты натурального учёта
вместо денежного. Так, П.Амосов и А.Савич предложили всеобъемлющую систему
натурального учёта в математической форме, которые бы контролировали движение
каждого продукта в натуральном выражении от одного предприятия к другому и от
производителя к потребителю. Это был первый зародыш будущей системы оптимального
функционирования экономики (СОФЭ) в послевоенной советской экономической науке9.
С.Струмилин выдвинул концепцию натурального учёта затрат труда в единицах
времени – тредах. Даже капитал он предлагал измерить в тех же тредах10.
А на селе земля была национализирована первым же большевистским декретом. Вся
она была объявлена государственной собственностью, российские крестьяне надолго
перестали быть собственниками своей земли. Были введены продразверстка, и
насильственное изъятие продуктов у крестьян стало нормой. Хранение инвалюты и золота
было запрещено, последние в случае обнаружения подлежали конфискации. Во многих
российских семьях конфисковывались произведения искусства, антикварные ценности, украшения из золота, серебра, драгоценных камней.
Массовому разграблению подвергалась Русская Православная Церковь. Часть
отобранных у народа ценностей (помещенная, кстати, в Гохран или государственные музеи) была затем элементарно разворована партийным и кэгэбистским начальством. Как
свидетельствовал зав. Золотым отделом Гохрана Я.Юровский, “все крадут – и спецы и все –
ибо Ра(боче) – Кр(естьянская) И(нспекция) и чекисты все прозёвывают… Ни правильного
учёта, ничего путного… Ежедневно пропадает до ½ милл(иона) руб(лей) золотом”.
Я.М.Свердлов тайно от всех имел свой сейф и, по свидетельству известного историка
А.Латышева, “копил там золотые монеты, более 700 золотых изделий, многие из которых с
драгоценными камнями… Вопросами реализации “золотого фонда” из Гохрана за рубежом
занимался нарком внешней торговли Л.Б.Красин”11. Эта практика сохранялась и в
последующие годы.
8 См. Н.Рогалина. Борис Бруцкус – историк народного хозяйства России. С. 2. Известный российский экономист М.Туган-
Барановский писал, что “рабочий на государственной фабрике не имеет никаких мотивов развивать более чем среднюю
энергию труда и давать более среднего количества трудового продукта” (См. его “Социализм как положительное учение”.
М., 1918 г., с. 88).
