Трио охотников на чудовищ, берущихся за опасный заказ, чтобы пережить будущую зиму. Юный оруженосец, мечтающий стать великим воином. Новоявленный король, грезящий отомстить за поражение в кровавой войне. Великий магистр, отправляющийся в провинциальный городок, где восстают мертвецы и бесчинствуют стриги. Никто из них еще не подозревает о своей роли в событиях, которые повлияют на судьбу всего мира. Или уничтожат его. Арт для обложки сгенерирован с помощью нейросети fusionbrain.ai.
Этьен прилежно таращился в лежащую перед ним толстую книгу, хотя за окном стоял уже довольно поздний час и он, как и другие послушники, давным-давно вернулся с последней службы Манессе. Мальчик широко зевнул и потер ноющие глаза. Огарок свечи едва ли разгонял мрак; хороводы выцветших букв сливались в одно целое, но делать нечего — если он не прочтет до завтра хотя бы треть, то ему не избежать нагоняя, а то и палки. Этьен поморщился и потер узкое как у птенца запястье, покрытое несколькими расплывшимися синяками.
Вдруг за его спиной хлопнула дверь — Этьен оглянулся и увидел приора Иоанна. Обычно аккуратный, не терпящий ни единой складки, ни на себе, ни на других сейчас он выглядел так, будто одевался в дикой спешке: вместо привычного белоснежного одеяния на нем была лишь выцветшая камиза с несколькими заплатками да брэ.
— Собирайся Этьен, — произнес Иоанн, протискиваясь в комнатку. — Ты уезжаешь.
— Что? Я? Но куда…
— Нет времени объяснять. Я помогу уложить твои вещи.
Этьен не стал спорить и послушно захлопнул книгу. На то чтобы собраться в дорогу не ушло много времени — все его нехитрое имущество составляло пара рубах, запасные штаны да молитвенный томик, доставшийся ему от покойной матушки. Несмотря на то, что Этьен торопился как мог, приор то и дело подгонял мальчика, беспрестанно опасливо озираясь на дверь, точно он помогал совершать какое-то дурное дело и ждал, что его вот-вот застукают.
Наконец они покинули келью, и вышли в длинный узкий коридор, где располагались кельи других сирот, живущих при монастыре. Большинство из них уже видело третий сон, но из-под нескольких дверей выбивался тусклый свет. Видимо кто-то тоже готовился к завтрашнему занятию. Вспомнив о недочитанном талмуде, беспокойство Этьена от нежданного отъезда сменилось облегчением — во всяком случае, завтра ему не придется терпеть очередную трепку.
К удивлению Этьена вместо главного входа Иоанн повел его к тому, что выходил на хозяйственный двор с голубятнями и амбарами. Выйдя в ночь, мальчик сразу же увидел нескольких вооруженных всадников, кутающихся в длинные плащи, что прятали свои лица под глубокими капюшонами. Увидав Ионна и Этьена, один из незнакомцев спрыгнул на землю и не спеша направился прямо к ним — высокий и широкоплечий он возвышался над юнцом чуть ли не вдвое, да и приор макушкой едва бы достал мужчине до подбородка. Подойдя почти вплотную к Этьену, чужак присел на корточки, дабы быть с ним вровень и некоторое время просто молча оглядывал мальчика. Признаться, тому уже стало не по себе, как мужчина снял глубокий капюшон — и к удивлению Этьена, лицо незнакомца закрывала черная бархатная маска, сквозь которую были видны лишь глаза; серые, почти темные они, тем не менее, сияли дружественной теплотой, будто бы он встретил давнего друга.
— Ну, здравствуй, Этьен, — говорил он тихо, но голос его сильный и глубокий даже так пробирал до костей.
— Доб-брой ночи, господин, — неуклюже поклонился мальчик.
— Зови меня просто Раймунд. Не бойся. Я — старый друг твоего отца. Еще не так давно мы бок о бок сражались против визрийцев. Я вернулся, а он, увы, нет, но перед самой его смертью он взял с меня клятву принять его сына как своего и воспитать в случае его кончины. И вот я здесь, дабы исполнить обещанное. Что ты скажешь на то, чтобы стать моим оруженосцем?
Поначалу Этьен не поверил своим ушам — это напоминало то ли сон, то ли какую-то нелепую шутку. Все, что он знал о своем отце — скупые рассказы матери, которая даже не раскрывала ни его имени, ни даже откуда он родом. А теперь… Словно бы мечты его в один миг стали былью — но он до сих пор боялся пошевелить даже пальцем, боясь, что они исчезнут, словно дым. Мальчик оглянулся на Иоанна — но, ни младший настоятель, ни Раймунд, казалось, и не думали смеяться, терпеливо ожидая его ответа.
— Но я не собираюсь тебя заставлять, — мягко произнес Раймунд и поднялся на ноги. — Если хочешь, можешь остаться в монастыре, я не буду настаивать…
— Нет! — воскликнул Этьен и тут же прикусил язык, оглянувшись на приора и вжав голову в плечи, точно ожидая нагоняя, однако тот лишь прижал палец к губам. Кивнув, мальчик вновь повернулся к Раймунду и произнес едва ли не шепотом. — А вы расскажете мне о моем отце? Он был воином? Рыцарем?
