Роман Викторович сидел за столом, зажав в зубах сигарету и шаря по карманам в поисках зажигалки. Около свободного стола стоял растрёпанный Иван. Никита и бровью не повёл. Его бывший, вернее даже не состоявшийся бывший, торопливо запихал рубашку в штаны, пробурчал что-то типа «Я потом зайду, РомВиктрыч» и выскочил из кабинета.
– Интересный выбор.
Никита протянул Роману зажигалку, привычно поёжился, когда Роман Викторович коснулся его рук, прикуривая, – руки Романа по-прежнему вгоняли его в восторженно-щенячье состояние, – сел и положил папку с документами на стол. Роман достал из пачки ещё одну сигарету, прикурил от своей и протянул Никите.
– Будем моих любовников обсуждать или работать?
– Работать, Роман Викторович.
О произошедшем Никита вспомнил вечером. Он стоял в душе и мысленно посмеивался над Иваном.
– Чего ржёшь?
Роман залез к нему, добавил горячей, заставляя Никиту отодвинуться к стене, и шумно зафыркал, плескаясь и разбрызгивая вокруг себя воду.
– Про Ваню вспоминал. Так смешно выходит: он меня так и не добился, а ты его – легко.
– Не так уж и легко. Пришлось пригрозить увольнением.
Роман плеснул на ладонь шампуня и теперь в стороны летели брызги и клочки пены. Никита усмехнулся. Наблюдать за любимым мужчиной всегда доставляло ему удовольствие.
– А зачем он вообще тебе понадобился?
– Ну, ты правильно заметил: он тебя не нагнул. А я его нагнул. И тебя нагнул.
Роман притянул к себе Никиту и обнял. И этот взгляд, по-прежнему безразличный, заставил Никиту поёжится. Он до сих пор не мог привыкнуть жить с Романом и смотреть в эти холодные глаза. Он зажмурился, оставляя только тепло близости и ласковые прикосновения.
– Так у тебя это не серьёзно?
– Так у меня и «это» не серьёзно.
Роман сжал его в руках. Никита не обратил внимания на слова. Потянулся к любимому и поцеловал.
– Так зачем же я тебе, если всё это не серьёзно?
– Ты лучший. А я достоин только лучшего.
Никита рассмеялся и тихо ответил:
– Я тоже.
