Тогда Гена поступил так, как обычно поступала его мама. Она часто говорила, что язык может лгать, а глаза – никогда! Гена посмотрел сначала в одни кошачьи глаза – и увидел в них горячую любовь и преданность. Глянул в другие – и чуть не выронил их обладателя: настолько они были холодными, полными злобы и жгучей ненависти.
– Теперь я знаю, кто из вас кто! – сказал он, разжимая пальцы левой руки. – Митя, тащи мешок. Пусть в нём теперь посидит вот это чудовище.
И кот, который остался у Гены в руках, из белого превратился в чёрного. Он зашипел, стал кусаться и царапаться, не желая лезть в мешок, а потом долго выл, ругался и грозил:
– Вот вернётся Дымор, мы вас в головешки заколдуем!
Тринадцатый пират, тот самый, что вышел из квартиры Гены последним, был ужасно голоден. Как ни старался он отойти подальше от Гениного дома, ноги вновь приводили его к заветному подъезду. Ведь там, на столе, думал пират, томятся яства.
Он был младшим из пиратов и бороться со своими желаниями не умел, поэтому решил так: «Пойду-ка я, пожалуй, подкреплюсь, а то и с заданием-то не справлюсь – буду думать о жареной курице или копчёной колбаске, – желудок возьмёт да и заурчит в самый неподходящий момент, как рассерженный волк, и всех детей распугает».
В первый раз он очутился возле Гениного дома в тот момент, когда Дымор выходил на улицу. Не отпрыгни Тринадцатый в темноту, нос к носу столкнулся бы с чародеем. Вряд ли бы ему поздоровилось.
Во второй раз ноги привели пирата к подъезду, когда Гена уже разобрался, кто из котов ему друг, а кто враг, и отнёс мешок с Тараканом в ванную комнату, чтобы вопли кота не мешали размышлять над случившимся.
Тринадцатый подошёл к Гениной двери, воровато огляделся и прислушался. На лестнице было пусто, а за всеми соседними дверьми слышались музыка, задорный смех и топот. Всё говорило о том, что люди веселятся, встречая Новый год.
Не заметив ничего подозрительного, Тринадцатый достал нож и стал ковырять в замке.
Гена и Митрофан в это время сидели на диване и разговаривали. Вернее, говорил Гена, а кот по привычке молчал.
– Здорово, что ты заговорил! – радовался мальчик. – Теперь мне будет с кем словом перемолвиться, когда мама и папа уйдут на работу. А ещё я научу тебя считать, писать и решать задачки из моего учебника. А ещё я познакомлю тебя со своими друзьями. А ещё тебя покажут по телевизору и ты станешь знаменитостью, – фантазировал он.
Чуткие уши кота вдруг уловили посторонние звуки за дверью.
– Гена! – негромко воскликнул он. – Дверь!
– Папа приехал! – услышав возню в замке, воскликнул мальчик. Он упрямо продолжал верить в то, что папа непременно вернётся. Мало ли что там наговорил противный волшебник.
– Нет! – остановил его Митрофан. – Это пираты!
Гена заметался по квартире: что делать, что делать? Он не ожидал, что пираты явятся так скоро, и надеялся до их возвращения что-нибудь придумать. На глаза ему попался расписной жостовский поднос. Он висел в коридоре на стене как украшение. Гена схватил его и притаился за входной дверью.
Медленно, без скрипа дверь отворилась. Гена замахнулся и выставил вперёд правую ногу.
Удар пришёлся точно по пиратской голове. А в следующую минуту Тринадцатый споткнулся о выставленную ногу и растянулся на полу.
Гена приготовился ударить следующего, немного подождал, но больше никто не появился. Тогда он отбросил поднос, который с уханьем откатился в сторону, и кинулся на едва очнувшегося пирата.
Тринадцатый сдаваться не собирался, хотя был слегка оглушён и жутко голоден. И они покатились по полу, поочерёдно меняясь местами: то Гена сверху, то пират его к полу прижимает.
– Давай, Гена! Давай! – подбадривал хозяина Митрофан, бегая рядом.
Внезапно в дверь просунулась чья-то голова в разноцветных стразах, заколках и бусинах, а затем на пороге квартиры возникла Светка – соседская девчонка с третьего этажа. В руках она держала небольшую тарелку, на которой горкой высились пирожные – песочные трубочки с малиновым джемом. Светкины любимые. Они с мамой специально напекли их к Новому году, и Светке захотелось угостить ими Гену.
Она с интересом понаблюдала за борьбой, но ей это вскоре наскучило. Видя, что на неё по-прежнему не обращают внимания, Светка громко и капризно спросила:
– Гена, во что вы играете?
Гена с трудом оторвался от пирата и только тут заметил девочку.
– Светка, на помощь! – взмолился он, потому что в этот момент Тринадцатый уселся на него верхом и пытался заломить руки за спину.
Светка хоть и была ещё не совсем взрослой девочкой восьми лет, но соображала быстро.
Она поставила тарелку с пирожными на телефонный столик, подобрала с полу оброненный пиратом мешок и ловко надела на голову Тринадцатому. Ослеплённый пират ослабил хватку и вскоре повалился на пол – мешок-то был волшебный.
Когда Гена поднялся на ноги, пират уже крепко спал с мешком на голове. А Светка на всё это недоумённо взирала.
