Я сжал ее в своих объятиях, довольный, как наевшийся кот. Наконец-то она проснулась. Настя вздыхала и отчаянно постанывала, зажатая моим телом. Проникнув двумя пальцами в ее лоно, я вырвал из ее губ сладкий крик, и сразу же прикусил ее в ключицу. Моя ладонь была уже абсолютно мокрой от ее возбуждения. Отлично, именно этого я и хотел. Вытащив из нее пальцы, я вставил их себе в рот, наслаждаясь ее вкусом и предстоящим, безудержным развратом.
— Ну-ка иди ко мне, — схватив ее за талию, я перевернул растерянную девушку, вынуждая ее сесть мне на живот. — Ближе. Хочу приласкать тебя.
Настя скользнула своим влажным телом ближе ко мне, именно так, как я ее и просил. Схватив ее, непонимающую и все еще сонную за бедра, и приподняв голову, прикоснулся губами к ее мокрым складкам, лаская и посасывая набухший клитор. Настя сразу же застонала, привставая и сгибая ноги в коленях, держась руками за изголовье кровати.
Ужасно признавать это, но у меня никогда не было секса лучше, чем с ней. Это недавнее открытие заставляло чувствовать себя уродом, неудачником, кем угодно, пока я с трудом просто не взял и не принял это.
Ее восхитительное тело будто было создано для меня.
Как и она сама.
Прижав Настю, дрожащую после оргазма к себе, я впился зубами в ее шею.
— Сделай мне минет, — требовательно прошептал ей на ухо.
И я знал, что она сделает и последующие минуты я буду находиться в состоянии чистейшего кайфа. Тяжело дыша, Настя поцеловала меня в губы, а затем, прикусив мой сосок, стала медленно покрывать мокрыми поцелуями всю мою грудь и живот. Разместившись поудобнее на подушках, я завел руки за голову, прикрывая глаза и наслаждаясь. Девушка опустила свою ладонь на мое окаменевшее достоинство, водя ею по твердому стволу, возбуждая еще сильнее, а, затем, опустившись, наконец-то прикоснулась к нему своими пухлыми губами. Настя любила прикасаться к моему телу, и меня всякий раз било от этого словно оголенными проводами. Погрузив мой член наполовину в свой теплый рот, посасывая, глубоко заглатывая плоть и лаская меня своими нежными ладонями, девушка быстро довела меня до головокружительного оргазма. Она уже хорошо изучила все мои предпочтения. Я с громкими стонами кончил, желая снова оказаться глубоко в ее нереально тугой плоти. Каждый раз как в первый, и это было чем-то фантастическим, безрассудным.
Перевернув ее на бок, прижал к себе хрупкое, влажное тело и не дожидаясь разрешения, ворвался в узкое влагалище девушки. Засмеялся про себя: как будто мне нужно было ее разрешение. Она ведь итак принадлежала мне. Мои фантазии уже давно сделали меня ее хозяином. Девушка опустила свои ладони на мои руки, крепко держащие ее за талию, пока я со всей силой погружался в ее тесное лоно. Ее тело, дрожащее, мокрое от пота, зацелованное мною за такой короткий срок уже больше тысячи раз, сносило мне крышу. Настя смиренно выдерживала все, что мне взбредало в голову, любую эротическую фантазию, а я подсел на нее уже насовсем. И не только телесно.
Я влюбился в нее.
Это самое ужасное и самое прекрасное, что могло произойти со мной.
— Миш, поцелуй меня… — надрывно протянула моя милая женушка, вздыхая.
Схватив ее одной рукой за щеку, я с трудом привстал и впился в ее приоткрытые губы. Сладкие и сочные, наливные, которые можно было целовать сутками без остановки и наслаждаться их дивным вкусом. Громко причмокнув, я застонал, кончая глубоко внутри нее. Потому что она — целиком и полностью — моя.
— Больше… — вздохнул, пытаясь перевести дыхание, лежа на спине. — Не засыпай, пока я не приду.
— А ты разбуди, — улыбнувшись, девушка легла сверху меня, целуя мои щеки. Ну как ей это удавалось? Настя прикоснулась губами к моему лбу, а затем к векам, оставляя на моем лице полчище мелких поцелуев. — Если я усну.
***
Настя слезно просила отпустить ее в город: девушке очень хотелось похвастаться подруге своим новым подарком. Признаться, ее слова звучали немного по-другому, но я прочитал по искоркам в ее глазах, чем на самом деле ей хотелось поделиться с подругой.
Переодевшись и расцеловав мои губы, она все-таки получила мое разрешение. Теперь она всегда так делала, обезоруживая меня.
Сразу же, как она уехала из дома, мне стало как-то не по себе. Тревожно и некомфортно, а за грудиной не переставая билось сердце. Это были всего лишь мои загоны: в последнее время я стал слишком мнительным, особенно, если что-то касалось моей жены.
Тем более, после того звонка, когда мне сообщили о том, что нашли выжившего урода, который был одним из организаторов трагедии восьмилетней давности. Я не мог найти его раньше, так как это ублюдок сумел переделать документы и переехать заграницу. К счастью, ему дали пожизненное заключение уже за другое преступление.
И, к сожалению, я не мог теперь к нему приблизиться.
Прошло время, и я стал постепенно отпускать эту ситуацию, но, на всякий случай все равно утроил охрану, сопровождающую мою жену до города. Насте об этом известно не было — совсем не хотелось пугать девушку. Она ни в коем случае не должна быть взаимодействовать и даже нечаянно прикасаться к этой грязи.
