— Я просил тебя сделать тест на отцовство, ты сделала?
— Что случилось? — Элис обреченно выдохнула, уже предчувствуя очередную гору проблем на свою голову.
— Просто ответь на вопрос.
— Да, сделала.
— Он готов?
— Да.
— Где результат?
— У меня.
— Почему не рассказала?
— Мне много чего надо тебе рассказать, я скоро вернусь и поговорим, — равнодушно ответила она и прикрыла глаза, желая послать все и всех к чертям. Ей жизненно необходима была передышка, чтобы собрать себя по кускам и настроиться на дальнейшую борьбу.
— Нет, мне срочно нужен результат, — продолжал настаивать Алекс
— Алекс, объясни, что случилось, — привычно попросила Элис, хотя сил на чужие проблемы не осталось.
— Ничего не случилось, — вспылил он и повысил голос. — Я просто хочу узнать результат этого гребаного теста!
— Женя твой сын.
— Отлично. — Она почувствовала, как Алекс улыбнулся. — Ты связывалась с Березиным?
— Из опеки? — Элис нахмурилась. — Нет. Зачем? Что ты задумал?
— Свяжись. Пусть как можно скорее даст ответ, как можно забрать сына.
— Алекс! — Ситуация нравилась ей все меньше, но она была слишком далеко, чтобы повлиять на него. — Я тебя прошу, дождись меня.
— Элис, делай, что я говорю, не заставляй меня сомневаться в тебе.
Холодный, официальный тон. Это было так не похоже на Алекса, но сейчас Элис не хотела разбираться в причинах. Будь то мама или очередные выкрутасы, ей было все равно. Завтра. С новыми силами все разрулит, как и всегда.
— Хорошо. Будь по-твоему. Это все?
— Все.
Элис раздраженно бросила телефон в сторону и открыла ноутбук.
***
Проснувшись среди ночи в насквозь мокрой одежде, Алекс первым делом взял градусник. Высокая температура держалась уже второй день, и что бы он ни делал, упрямо возвращалась к внушительной цифре тридцать девять. Он был измучен постоянной лихорадкой, сопровождавшейся ноющей болью в голове и глотке, но упрямо не хотел обращаться за помощью к врачу. После всего пережитого у него выработалась стойкая аллергическая реакция на людей в белых халатах. От одной мысли о больнице все внутренности стягивались в тугой узел, а к горлу подкатывала тошнота.
Телефон завибрировал где-то на тумбочке, напоминая, что жизнь продолжается. Как бы плохо ему ни было, никого это не волнует. Тяжело вздохнув, Алекс нащупал мобильный и, посмотрев на дисплей, едва не застонал, но вовремя справился с эмоциями и принял звонок.
— Здравствуй, мама.
— Женечка, сынок, здравствуй. — Ласковый голос сразу же заставил Алекса насторожиться. — Как твои дела?
— Все хорошо, у вас как? — привычно ответил он и, прикрыв глаза, поморщился от очередного болевого спазма.
— У нас вот не очень, — пожаловалась Ирина Борисовна и, горестно вздохнув, продолжила: — Я в больнице…
— Что случилось? — сухо поинтересовался Алекс, с трудом справляясь с ролью заботливого сына. Даже тени беспокойства не промелькнуло в его душе, как, в общем-то, и теплых чувств не проснулось.
— Сердце… Жень, ты же приедешь?
— Нет, — не раздумывая, отказал он. Не имел ни малейшего желания встречаться с матерью, да и собственное самочувствие оставляло желать лучшего. — Но позвоню твоему доктору и узнаю подробности.
— Не нужно. Все уже нормально, кризис миновал.
— Ну и отлично, — так же равнодушно заключил Алекс и уточнил из вежливости: — Что-то еще?
— Как там мой внук? Ты уже начал процесс по усыновлению?
— Мам, оставь эту тему, она тебя не касается, — напряженно ответил он, не желая обсуждать с ней свои дела.
— То есть как не касается? — возмутилась мать и продолжила настаивать: — Это же мой внук! Ты давно должен был забрать его у этой…
— Не смей, — строго предупредил Алекс и, болезненно скривившись, процедил сквозь зубы: — Это моя жизнь и мой сын. Я сам разберусь, что и как должен делать.
— Значит, Элис была права, ты снова с ней снюхался. — Язвительная насмешка отчетливо послышалась в ее голосе. — Помяни мое слово, она тебя снова кинет. Ты ей раньше-то был не нужен, а сейчас… с твоими-то проблемами…
— Перестань! — рявкнул Алекс, не сдержав гнев. Каждое слово давалось с большим трудом, а при глотании искры сыпались из глаз, но он не мог молча выслушивать гадости от матери. Она словно специально ковыряла незаживающие раны в его душе, причиняя новые страдания.
— Не ори на меня! Неблагодарный! Я жизнь на тебя положила, а ты… — Ирина Борисовна распалялась все больше, доводя Алекса до белого каления. — Неужели ты не видишь дальше своего носа? Они сговорились за твоей спиной!
— Кто «они»? — устало спросил он, сумев взяв эмоции под контроль.
— Элис твоя и Лиза.
— С чего ты это взяла?
— Элис приходила ко мне! Столько грязи на меня вылила, обвинила во всех смертных грехах. В том, что Лиза тебя бросила, в том, что ты попал в аварию. Но ты же знаешь, что это не так? Почему я должна все это терпеть?
— Я разберусь. — Силы стремительно истощались, Алекс хотел как можно скорее закончить разговор, но мать не желала успокаиваться.
— Да с чем ты можешь разобраться? Ты такой же, как и твой отец! Стоит только юбкой поманить, и бежите, сразу забыв обо всем, о долге и чести.
