Изящной красавице Диане Хейвуд предначертано выйти за богатого и знатного джентльмена. По крайней мере именно так всем в Спиндл-Коув объявила ее матушка. Но Диану не привлекают лорды и герцоги. Единственный мужчина, заставляющий чаще биться ее сердце — деревенский кузнец, Аарон Доус. Они совершенно не подходят друг другу ни по происхождению, ни по достатку… Но во время коротких и жарких встреч в кузнице, Диана понимает, что ее место — в этих сильных руках. Крепко ли выкована их любовь, или они просто играют с огнем?
Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru
Перевод seemannsrose
Редактура Talita
Принять участие в работе Лиги переводчиков
http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151
Господи. Только взгляни… Толщиной, должно быть, с мою лодыжку.
Обмахиваясь перчаткой, словно веером, Диана Хайвуд старалась избавиться от румянца на шее. Она была леди, рожденной и взращенной в утонченном комфорте, если не в пышной роскоши. С самого нежного возраста считалась надеждой семьи. Ей предназначено, как торжественно заявляла мать, заарканить высокородного джентльмена.
Однако в кузне Аарона Доуса все изящное воспитание Дианы улетучивалось. Да и как не таращиться на кузнеца? У него же запястья толщиной с ее лодыжку. Рукава, как обычно, закатаны до локтя, обнажая мускулистые предплечья. Он качал меха, заставляя пламя танцевать. Широкие плечи натягивали домотканую рубаху, кожаный фартук висел низко на бедрах. Достав из огня светящийся кусок металла, Доус положил его на наковальню, и тут незастегнутый ворот сорочки распахнулся.
Диана отвела взгляд, но недостаточно быстро. Мельком она все же увидела образчик чистого, раскаленного мужества. Вылепленные грудные мышцы, бронзовая кожа, темные волосы…
— Веди себя прилично, — сказал он.
Диана едва не задохнулась. Он знает, знает! Понял, что утонченная, идеальная, получившая аристократическое воспитание мисс Хайвуд приходит в кузню полюбоваться на его животную мужественность. И в самом деле — ведите себя прилично, леди.
Как глупо и стыдно! Ее уличили. А потом, внезапно, Диана испытала облегчение. Аарон говорил вовсе не о ней. Он обращался к детали, над которой работал.
— Так-то… — Лоб кузнеца блестел от пота. Крепкими руками и густым баритоном он обуздывал сломанную застежку. — Будь умницей.
Диана потупила глаза, усиленно рассматривая пол. Часть кузни, где посетители ожидали заказы, выстилала аккуратно выметенная и хорошо подогнанная каменная плитка. Землю вокруг горна покрывали черные дымящиеся угольки. Строгая граница — куда уж выразительнее.
Черта между гостем и кузнецом. Линия, разделяющая мир благородной дамы и территорию рабочего человека.
— Во-от так, — приговаривал кузнец. — Да, вот так.
Господи! Можно не смотреть на эти мощные предплечья и мускулистую грудь, но голос...
Диана заставила себя встряхнуться. Пора положить конец этому ребячеству. Она взрослая женщина, нынче ей исполнялось двадцать четыре. Никакого греха в восхищении мистером Доусом нет: он привлекательный мужчина. И все-таки необходимо сосредоточиться на причинах, не имеющих ничего общего с чувственностью.
В эту прибрежную деревеньку Хайвуды приехали ради поправки здоровья Дианы, однако она уже начала считать Спиндл-Коув своим домом. За время пребывания здесь Диана многое узнала о сельской жизни. Оказывается, хороший кузнец в деревне незаменим. Он подковывал фермерских лошадей, чинил уключины на рыбацких лодках. Вырывал зубы и вправлял кости больным соседям. Гвозди, выкованные на его наковальне, скрепляли всю деревню. Кузница была раскаленным докрасна железным сердцем Спиндл-Коув, и Аарон Доус был ее пульсом. Сильным, незыблемым, полным жизни.
Он бил по наковальне молотом. Бам-м, бам-м, бам-м-м… И глаза Дианы снова прикипели к предплечьям кузнеца.
— Погода нынче… — сказала она, стараясь подобрать тему. — Ужасный март, неправда ли?
— Почти две недели без солнца, — согласно хмыкнул Аарон.
Он опустил раскаленный металл в ведро, стоявшее наготове. Пар взметнулся в воздух, отчего короткие волосы на загривке Доуса принялись завиваться.
— Так и должно быть, — кивнул он, осмотрев охладившуюся застежку цепочки Дианы, а потом стал полировать деталь клочком ткани. — Будем надеяться, на сей раз тепло продержится дольше.
— Кажется, мне не везет с этой застежкой… — нервно улыбнулась Диана.
— По моим подсчетам, она ломается уже третий раз за год. Вы, наверное, решили, что я плохо ее изготовил.
— О, нет! — поспешила заверить его Диана. — Вовсе нет. Вы проделали прекрасную работу, мистер Доус. Просто я была неуклюжа, только и всего.
— Неуклюжи? Вы? — Он вперился в нее с другого конца кузницы мрачным внимательным взглядом.
Ей уже доводилось замечать, что Аарон так на нее смотрит. В церкви, в деревне… Диана не знала, что и думать об этом, но не могла отрицать — смущение подобного рода было весьма волнующим.
Аарон вытер лицо и шею, а затем и руки, влажной тряпкой.
— Как любопытно, мисс Хайвуд. Вы не производите впечатление неуклюжей.
Диана беспокойно заерзала.
— И ко всему прочему, — продолжил он, — я полагал, что с этим предметом вы будете поаккуратнее.
Доус привинтил крошечную склянку обратно на цепь. Внутри плескалась настойка полевого хвоща. Диана всегда носила при себе порцию на случай приступа астмы.
— Верно. — Невзирая на участившееся сердцебиение, она наградила его легкой улыбкой. — Мне следует обращаться с ним осторожнее. Впредь так и будет.
Доус окинул ее взглядом.
— Вы здоровы?
