Я слышала, как он говорит с кем-то на лестнице, но я была слишком поглощена мыслями, на которые он меня навел, и не различала ничего, кроме отдаленных мужских голосов. На лестничной клетке было прохладно, но я присела на ближайшую ступеньку, чтобы подумать.
— Захлопнули дверь, мисс Херст?
Я посмотрела наверх не вставая. Надо мной возвышался Чарли. Он казался совсем другим человеком в выходном пиджаке прекрасного покроя и очень плохом настроении.
— Привет! Нет, я просто думаю. Что случилось с вашим лифтом?
— Стоит внизу и, скорее всего, пробудет там еще несколько дней. Какая-то его важная деталь должна быть произведена, прежде чем можно будет заменить старую на новую.
— Поэтому холл был наводнен механиками, когда мы вернулись с работы сегодня вечером? Не повезло. — Последнее слово напомнило мне о Мэгги. Я поблагодарила Чарльза за ее спасение.
Он кивнул:
— Новости разлетаются быстро.
Мне было жаль видеть его таким угрюмым, и я одарила его широкой улыбкой:
— Даже хорошие новости!
— Именно. Спокойной ночи. — Чарльз обошел меня и с такой скоростью преодолел последний пролет, что я стала гадать, не столкнулся ли он со старой пассией, или, может, поссорился с Джозефиной, или такое влияние оказывали короткие светлые летние ночи, или я просто сказала что-то не то.
Да, сказала.
Глава 5
За завтраком Катриона показала мне колонку «Предстоящие свадьбы» в газете «Шотландец» за прошлый день. Я не сразу вникла.
— Полагаю, это правда?
— О да. Вчера вечером на званом ужине много обсуждали эту новость. Не то чтобы тетя Элспес удивилась. Она никогда не думала, что Джозефина Эстли выйдет замуж за Чарли Линси. А мать жениха она хорошо знает. Он учился в школе вместе с Чарли.
— Бедный старина Чарли! — Я пожалела, что вчера уселась думать не где-нибудь в другом месте. — Если подумать, я на самом деле не очень-то удивлена. С его кошмарными подворотами. Но почему твоя тетя думала, что она не выйдет за него? Надо полагать, она знакома с ним. Почему ты нам не сказала?
Катриона снова стала похожа на неврастеничку:
— Я... я не люблю... ну... пересуды. Тетя Элспес знает стольких людей... Она... э-э-э... не думала, что они подходят друг другу. Это Джемми ходит?
— Когда я заглядывала к ней пять минут назад, она спала. — Я потянулась за газетой. — Интересно, продержится ли брак?
— Дату назначили на конец месяца.
— Кто-то быстро работает, — произнесла я избитую фразу.
— Со слов тети Элспес, они много лет были друзьями. Чарли, вероятно, догадывался о том, что витало в воздухе.
Я подумала о событиях, произошедших несколько месяцев назад:
— Не обязательно. Мне очень жаль Чарли.
— Он переживет. Как это обычно бывает с мужчинами. Мужчина всегда может подыскать себе другую женщину. Ой, да, я знаю, они говорят всю эту чушь насчет любви, но на самом деле имеют в виду похоть.
— Я догадалась о твоем не слишком высоком мнении о мужчинах, но чтобы до такой степени... Или ты заразилась от Джемми? У тебя веки немного опухли.
— Это из-за отчета. Сидела до трех. — Она убрала со стола, а я приступила к мытью посуды. — Однако за исключением моего отца, брата и редкого милого парня вроде Басси я вообще мужчин за людей не считаю!
— Они не все подонки. Вспомни о нашем Уилфе...
— На каждого Уилфа у меня найдется целая рота бесчувственных развратников!
— Эй, рабыни! — Джемми заглянула к нам. — Начинаются восьмичасовые новости. Решила, что вам будет интересно узнать!
Утро уже наполовину прошло, когда я вдруг осознала, какие слова использовала Катриона, — она точно повторила выражение Робби!
Машина Чарли проехала мимо моей дважды. Встретились мы только вечером, когда я шла к Арчи. Помня о своей повышенной чувствительности после истории с Джоном, я радостно поздоровалась с Чарли, чтобы продемонстрировать, мол, я просто иду мимо и ничего не знаю ни о чьей жизни.
— Пыль не отпускает вас от себя?
— Временно. Уверен, то же касается и ваших пациентов. Не буду вас задерживать.
То, что он таким образом от меня отделался, было так же ясно, как и то, что его прежнее дружелюбное отношение ко мне сменилось на абсолютно противоположное. Его сжатые губы и напряженный вид создавали впечатление натянутой струны. Я беспокоилась за него, как за своих пациентов, и чувствовала себя виноватой.
Зато Арчи меня порадовал. Дело явно шло на поправку, а Мэгги вернулась из больницы, немного бледненькая и очень довольная собой.
— Меня так вырвало, сестррра! Меня вырвало на мою маленькую кроватку, и на медсестрру, и на врача. Ему пришлось поменять свой красивый белый халат и рубашку. А потом меня вырвало на пол. У меня была чертовская рвота, знаете?
— Представляю, Мэгги. Тебе понравилось в больнице?
— Там хорошо! Мне дали желе в виде зайчика, такое красное и болтающееся. И мороженое, и желе, похожее на маленькую рыбку, желтое. Но оно не болталось. И еще мороженое. И меня не стошнило, ни разу!
