-- Я не звал тебя, - Ричард поднялся из кресла и зажег еще одну свечу на комоде. За окном совсем стемнело. - Я останусь в этом доме, пока будет нужно. Если ты перестанешь устраивать истерики и ходить за мной, никто не догадается, что мы знакомы. Дети еще малы, чтоб вспомнить меня, если только ты не дашь им повод. А кто я, никто не узнает, это не входит в мои планы.
-- Можно узнать, что за планы? Не жениться ли на Бьянке? - Эвлин наклонила голову, пристально вглядываясь в собеседника. Ричард был привлекательным мужчиной, несмотря на раны и шрамы, покрывавшие все его тело и местами лицо.
-- Нет, я пока не планирую жениться, если тебя это беспокоит. Но даже моя нежная привязанность к ней не должна смущать тебя. В моем сердце ты всегда на первом месте. Только скажи и я у твоих ног, - мужчина подошел к ней и заключил в объятия.
-- Прекрати представление, - Эвлин недовольно оттолкнула его. - Тебе и вправду нужно идти в театр. Я люблю Гордона, и он любит меня.
-- Похоже, жизнь ничему тебя не учит. Разве мало тебе было Майкла? Неужели этот лучше?
-- Гордон совсем другой, - Эвлин повернулась к двери. - Я только потратила время, придя сюда.
-- Прости, что не оправдал твоих надежд.
-- Подлец! - Эвлин хотела ударить его, но он перехватил ее запястье и завел за спину, прижав беспомощную девушку к себе.
-- Отпусти меня, - произнесла она угрожающе.
-- Иначе что? Закричишь? Позовешь на помощь? - он прижал ее крепче и поцеловал. Эвлин ударила его в плечо кулаком, но он не ослабил хватки. Гувернантка еще некоторое время сопротивлялась, но, наконец сдавшись, обвила его шею руками и ответила на поцелуй.
Бьянка и ее гостья сидели в спальной, отведенной Николь. Прауды предоставили королевской особе лучшую комнату, выходящую окнами на главную площадь. Девушки пили теплое молоко, собираясь уже ложиться. В доме было тихо, все давно разошлись по своим комнатам.
-- Ты не расскажешь, что тебе наговорила эта змея? - спросила Бьянка, допив молоко и опустив кружку на поднос.
-- Ты имеешь в виду мисс Лизард? - Николь улыбнулась, впервые, после того, как покинула дворец. - Ничего. Рассказала, как съездила.
-- У тебя веки были опухшие, когда ты вернулась. Неужели такие плохие новости? - Бьянка составила посуду на поднос, чтоб занести на кухню, когда будет идти к себе. Слуги уже ушли спать, а оставлять грязную посуду в комнате гостьи ей не хотелось.
-- Я не хочу говорить об этом, - Николь почувствовала неприятное жжение в носу, слезы опять подступали. Она встряхнула головой и улыбнулась. - Лучше расскажи, как ваш гость?
-- О чем ты? А, Ричард? - Бьянка сделала вид, что он ей безразличен. - Поправляется, скоро уедет.
-- Что случилось? Ты потеряла к нему интерес? - Николь сняла халатик и подошла к умывальнику.
-- Раз он хочет сохранять свои секреты при себе, пожалуйста, не стану надоедать, - фрейлина подошла, чтоб помочь принцессе умыться.
-- Я сама, спасибо, - Николь налила воды в небольшой фарфоровый тазик и положила в воду полотенце.
-- Он не хочет посвящать тебя в детали своей жизни и тебя это задевает? - продолжала она, обтирая шею влажной тканью. Бьянка усмехнулась, но не ответила, подтверждая слова подруги.
-- Разве это проблема? Я вам завидую.
-- Я понимаю, что это по-детски, но меня злит, что он так скрытничает, - Бьянка явно была обижена. - У него какие-то дела с Эвлин. Я не раз видела, как они шептались.
-- Я заметила. Еще когда была у тебя впервые.
-- Я не стала расспрашивать. Пусть Гордон разбирается со своей любимой, когда приедет.
-- Скорее бы он вернулся. Я места себе не нахожу от этой неизвестности, - Николь надела халатик и села на белоснежную мягкую постель.
-- Я пойду к себе, ты ложись и постарайся отогнать эти мысли, - Бьянка поцеловала подругу и ушла, забрав поднос.
Николь откинула одеяло, потушила свечу и подошла к окну. Комната погрузилась во мрак. Обстановка теперь была видна в слабом призрачном свете ущербной луны. Площадь за окном пустовала, возведенные к празднику палатки дожидались дня Перехода Календаря. Бродячие собаки, завывая и лая, сворой пробежали через площадь. Город погрузился в сон. Кое-где светились окна, но их становилось все меньше. Николь отошла от окна и задернула тяжелую бархатную занавесь. Она долго ворочалась в постели, стараясь заснуть, но на новом месте это оказалось не так-то просто. Наконец, она забылась тревожным сном.
Вокруг выросли высокие серые стены из крупного камня. Она стояла среди них и они, казалось, приближались и давили. Не было ни окон, ни дверей, сплошные стены. Девушка хотела позвать на помощь, но звук заглушался в этом колодце. Высоко над головой темнело ночное небо, усыпанное звездами. Николь всматривалась в них, единственное, что можно было разглядеть. Но вскоре и их не стало видно из-за темной тени. Она спускалась сверху, сверкая двумя огненными глазами. Внутри у принцессы все похолодело, отпечатки на шее обожгли холодом, тело сковал страх. Послышался знакомый зловещий голос. Девушка вскрикнула, пригнулась к сырому каменному полу и зажмурилась.
