Красивая, богатая и такая мертвая… Ирину Виноградову нашли недалеко от проезжей части, в придорожных кустах. Высокомерную стерву, роскошную хищницу переехали машиной – причем несколько раз. Единственный подозреваемый – жених убитой – Дмитрий Родионов всячески отрицает свою причастность к трагедии. Но ему, к сожалению, верят только адвокат Лиза Травина и ее помощница Глафира. Ведь улик против Дмитрия предостаточно: и мотив преступления, и отпечатки обуви возле жертвы, и даже громкая ссора между бывшими возлюбленными. Адвокат Лиза Травина в своей работе привыкла всегда докапываться до истины, и в этом случае ее ничто не остановит. Разве что начавшиеся романтические отношения между лучшей подругой и главным фигурантом дела… Уж очень быстро Родионов стал забывать свою бывшую невесту…
– Глаша, остановись, и так все блестит. Не приемная адвоката, а какой-то гламурный салон… Я говорила тебе, что эти ковры будут лишь раздражать наших клиентов… Кто побогаче, станет нам завидовать, а бедные еще начнут разуваться на пороге…
Расположившись за огромным письменным столом с чудесной лампой «тиффани», которую Глафира включила, едва наступили сумерки, и разноцветные блики которой теперь горели на аккуратных стопках документов, Лиза то и дело посматривала на дверь. Безусловно, ей и самой нравились все те новшества, которыми Глаша, насмотревшись английских сериалов, украсила приемную. И хотя все это – и ковры, и портьеры, и светильники, не говоря уже о старинном шкафчике, набитом фарфоровыми статуэтками («Это, моя дорогая Лиза, коллекция старинного фарфора, видишь, преимущественно лошадки!»), – стоило больших денег, тем не менее радовало и вносило в их трудную, полную опасностей жизнь элемент простительного чудачества и легкомысленной роскоши.
Лиза Травина, известный в городе адвокат, даже под дулом пистолета никогда никому не призналась бы в том, что общество верной помощницы, ее правой руки Глафиры Кифер, придает ей силы и наполняет жизнь особым смыслом. Возможно, если бы не природная гибкость ума Глаши и ее удивительная способность внушить Лизе пользу ее широкого диапазона действий, Лиза давно бы уже отказалась от девяноста процентов своей потенциальной деятельности. Тупо защищала бы своих клиентов, сидя за столом и изучая дела, как это делают практически все адвокаты, толкала бы речи в суде, не более. И уж точно не занималась бы поисками пропавших людей или частным расследованием, не брала бы на себя ответственность судить клиента… Сколько раз Глафира была свидетелем того, как Лиза, вычислив убийцу, не сдавала его полиции, а наоборот, всячески помогала избежать наказания… И все это она делала не столько за деньги, сколько по совести, оценивая убийцу именно как жертву…
И даже рождение ребенка, маленькой Магдалены (которой не так давно исполнилось семь месяцев), не повлияло на ее семейную жизнь – никакие уговоры мужа, Дмитрия Гурьева, не убедили Лизу отказаться от расследований или вообще хотя бы что-то изменить в ее профессиональной сфере. Магдалена развивалась под присмотром опытной няни, Гурьев продолжал свою адвокатскую деятельность преимущественно за границей, а Лиза с Глафирой по-прежнему занимались любимым делом, вытаскивая своих клиентов из трудных ситуаций, разыскивая пропавших, но чаще все же занимаясь поисками настоящих убийц.
Жизнь продолжалась.
За окном благоухал теплый июньский вечер, с минуты на минуту должен был прийти хороший знакомый Лизы – Дмитрий Родионов. Бизнесмен, владелец крупной строительной организации, серьезный человек, да к тому же еще и молодой, тридцати двух лет.
– Глаша, ты слышишь меня? Угомонись. Пыли уже нигде нет, говорю же! Иди, приведи себя в порядок, он должен прийти с минуты на минуту.
– Пока ты не скажешь мне, женат он или нет, не остановлюсь… – улыбнулась Глафира, полненькая рыжеволосая молодая женщина с веселыми карими глазами и белозубой улыбкой. Зеленые бриджи и оранжевая блузка Глаши сильно раздражали Лизу, которая предпочитала во всем классический стиль и собиралась встретить своего друга в черных брюках и стального цвета шелковой блузке, однако, зная взрывной и обидчивый характер своей помощницы, она заставляла себя сдерживаться и все еще держала язык за зубами. Хотя так и хотелось вслух сравнить ее с попугаями…
– Он не женат, это я знаю точно. Хотя время идет, и кто знает, может, он вчера кого-то встретил и уже успел сделать предложение… Словом, пока я тебе ничего сказать не могу. К тому же ты прекрасно знаешь, что он позвонил всего час назад, поэтому подготовиться и собрать всю информацию о потенциальном клиенте я просто бы не успела. Остается только дождаться его и обо всем расспросить лично.
– А что, если он решил зайти к тебе просто так? На чашку чаю?
– Глаша, ты можешь мне назвать хотя бы одного человека, который переступал порог нашего с тобой офиса исключительно для того, чтобы выпить чаю и справиться о моем здоровье?
Глаша ответить не успела, поскольку раздался звонок, и обе женщины вздрогнули.
– Что-то очень уж громкий звонок. – Глафира, пожав плечами, направилась к двери. – Надо бы поменять.
Через минуту в кабинет вошел высокий представительный человек в светлых брюках и черной рубашке. Слегка загоревший, с открытым приятным лицом, аккуратно уложенными самой природой волнистыми черными волосами и голубыми глазами. Видно было, что улыбался он с трудом. Глафира поняла, что Лиза была права – этот господин пришел сюда не для того, чтобы выпить чаю. Уж слишком явно на его лице читалось страдание.
– Привет, Дима, – Лиза поднялась навстречу своему приятелю. – Проходи, располагайся. Чай? Кофе?
– Если можно, воды, – попросил он, усаживаясь в предложенное ему Лизой кресло напротив нее.
