Красная кепка полностью

— А мама говорит, что зоопарки — это плохо. — шмыгнув носом, сказал рыжеволосый мальчишка пяти лет.

— Твоя мама ничего не понимает. Ты только глянь на этого жирафа. Где ты еще такую красоту увидишь? Не в Африке ведь, правильно? — с иронией произнес отец.

— Жирафы живут в Африке?

— Ну вроде как да. Жирафы живут в Африке… — с небольшим сомнением сказал мужчина в темно-серой футболке, вытирая вспотевшую лысину.

Мальчишка на мгновение задумался, после чего продолжил:

— А почему тогда его держат здесь, в этой клетке?

— Чтобы такие любознательные мальчишки как ты могли прийти и поглазеть на этого гиганта. Вон, глянь туда. Это павлин. Такую красивую птицу ты точно больше нигде не увидишь.

Малыш облизал с пальца вытекающее из вафельного рожка фисташковое мороженое и направил свой взор в сторону одинокого павлина, стоящего за стеклом. Он смотрел прямо на мальчика.

— Пап, а что это у него? Так много глаз?

— Где? — засмеялся отец — На хвосте что-ли?

Мальчик уверенно закивал головой, продолжая смотреть на одинокую птицу.

— Это у него окрас такой. — притупив свой приступ смеха, ответил отец.

— Он как-будто следит за нами.

— Ага, и осуждает за все наши проступки и действия. — подметил мужчина.

Мальчик повернул голову в сторону вольера с тиграми и задумчиво произнес:

— А что такое проступки?

Папа мальчика до сих пор смотрел на павлина и, задумавшись о чем-то важном, не услышал вопроса малыша.

— Пап..

— А? — повернувшись к сыну, отозвался отец.

— Я знаю, что такое поступки, но не понимаю, что такое проступки.

— А, ну это… как бы тебе объяснить… Проступок — это своего рода не хороший поступок. То есть, например, мы пошли в зоопарк сегодня — это поступок. А если бы мы, например.. — отец снова почесал свой лысоватый затылок — Например… Если бы мы начали открывать всем животным клетки, то совершили бы проступок. Это было бы не хорошо.

Мальчик продолжал задумчиво смотреть на двух тигров, лежащих в вольере.

— Понимаешь о чем я говорю, Мирон? — спросил отец

— Понимаю… Но ведь получается, что мы бы сделали хорошо самим животным, выпустив их из клеток. Они бы стали свободными. Это все равно считается проступком?

Папа снова залился громким смехом, надевая на мальчика его кепку.

— Смешной ты такой, малыш. Животных нельзя выпускать из клеток. Иначе начнется хаос и ужас. Одни начнут есть других. Кто-то будет нападать на людей… — он сделал паузу. — Знаешь, пойдем-ка возьмем еще мороженого. Папа у тебя сегодня добрый.

— Много мороженого нельзя. У меня может горло начать болеть. В прошлый раз так было. — шагая в сторону яркого прилавка, подметил мальчишка.

Взор отца, сосредоточившись до этого на лавке с мороженым, начал бегать по сторонам и искать еще варианты. В правой стороне, рядом с клеткой, в которой находилось несколько маленьких обезьянок, стоял прилавок с сахарной ватой.

— А пойдем-ка туда. — обратился к Мирону отец. — Сахарную вату мы с тобой сегодня еще не ели.

К обеду людей в зоопарке уже стало больше. Пробудившиеся после ночного сна семьи начали заполнять каждый уголок этого места.

Подойдя к прилавку, отец Мирона сразу же направил свой взгляд на молодую светловолосую девушку, которая продавала сахарную вату.

— Здравствуйте. Можно нам одну порцию вашего прекрасного блюда для этого прекрасного мальчишки?

— Конечно. Сейчас будет готово. — с кокетливой улыбкой произнесла продавщица и принялась за готовку. — А вы? Разве не хотите попробовать нашу сахарную вату? Она одна из самых вкусных в городе.

Мужчина обратил внимание, как девушка бросила свой быстрый взгляд на его правую руку, пытаясь найти глазами на его безымянном пальце отсутствующее кольцо.

— Я обязательно попробую, но чуть позднее. Не сомневаюсь, что мои вкусовые рецепторы останутся в диком восторге от этой сладости. — заигрывая, сказал мужчина.

Девушка ответила ему игривой улыбкой и протянула Мирону уже приготовленную сахарную вату на длинной палочке.

— Ого! Она желтого цвета. Разве так бывает? Я раньше ел только белую.

— Да, малыш. У нас есть несколько разных цветов ваты. В другой раз ты даже сможешь сам выбрать для себя какой-нибудь из них. — с улыбкой произнесла девушка.

Мальчишка засмущался и радостно закивал ей в ответ, пробуя на вкус полученное угощение.

— Что нужно сказать, Мирон? — спросил отец мальчика.

— Спасибо. Она очень вкусная.

— Ешь на здоровье! — ответила девушка и заметила, как за мальчиком и его отцом начала скапливаться небольшая очередь из людей.

— Мы тогда пойдем, не будем никого задерживать. — сказал отец, заметив невольную неловкость, отразившуюся на лице девушки. Она лишь слегка кивнула в ответ и начала принимать заказ у следующего посетителя.

— Ну что, Мирон, вкусно? — задумавшись спросил отец.

— Вкусно.

— Это хорошо. Пойдем вон к тому вольеру. — показывая пальцем в сторону, сказал отец.

Мирон весело закивал в ответ и они вдвоем направились к месту, где жили небольшие зверушки.

— Ну ка, поглядим, кто тут у нас.

— Это еноты? — спросил Мирон у отца.

— Они самые. Видел раньше таких?

— Только на картинках.