Девчонка вскочила на ноги и отошла в сторону, выплюнув из себя нечленораздельные ругательства. В ярости она была дивно хороша, растрепанные волосы, румянец, блеск глаз, нор Амос было залюбовался ею, пока цепкая память не зажгла в его сознании маячок, вернувший к действительности.
Анализируя перепалку со жнецом, Альбин понял, что мужчина и девушка стали союзниками совсем недавно. Понял он и то, что, возможно, они оба, но она-то уж точно, знают Старика. Конечно, это мог быть и другой человек, но в такие совпадения юноша не верил. Наблюдая за пикировкой, он сам уже давно успокоился. Вспомнил о своей миссии. Ведь он здесь затем, чтобы найти помощника. Пока на эту роль больше всего подходил Сатхи, та легкость, с которой он совершил убийство, его грация и навыки выдали в нем отличного бойца. С другой стороны, почти все заказы, выполненные Стариком, включали в себя применение ядов, а яд – оружие женщины. Что-то еще мелькало на краю сознания, всплывало из памяти, но никак не давало ухватить себя за хвост. Существовала подсказка, и Альбин ее видел, но не мог распознать.
– Итак, – кавалер обратился к жнецу, – давай сначала. Зачем ты убил человека, Сатхи?
– Мне сложно это объяснить тебе, Альбин. Я понимаю, что ты вряд ли поверишь тому, что так было нужно. Пойми, я сам – противник убийств, и если бы был иной выход, с удовольствием поступил бы иначе. Но объяснить тебе прямо сейчас все – я не смогу.
– Мы же договорились, ты сказал, что все растолкуешь, как только мы доберемся сюда.
– Сказал, но я обманул тебя. Прямо сейчас могу только сказать, что иначе было нельзя.
– Нельзя убивать людей.
– Согласен с тобой, хотя и не всецело. Не все люди являются людьми, и не все люди заслуживают права на жизнь.
– Я что-то не заметил патента судьи у тебя.
– А я не видел жетона дознавателя, – срезал жнец.
– Тогда что мне помешает сдать тебя властям?
– Здравый смысл? Любопытство? Я?
– И как ты остановишь меня, если я уйду ночью и вернусь к утру с отрядом стражи? Ты не следопыт, стоит мне отойти на двести метров в лес, и тебе меня не сыскать. Да и так ли ты уверен в своих силах?
– Не спеши, мы можем договориться. Ведь и ты скрываешь что-то, иначе ушел бы еще в деревне, или там же сдал меня страже. Значит, ты тоже заинтересован.
– Мы уже договорились один раз, а ты кормишь меня байками о «не могу» и «не сейчас».
– Справедливо, – кивнул жнец, – но обстоятельства изменились, что ты предлагаешь сейчас?
– Я предлагаю рассказать мне, что стряслось в деревне и вообще почему вы прячетесь в лесу.
– Ты мне нравишься, Альбин. И твое предложение мне нравится, но, увы, я не могу на это пойти. Сейчас не могу. Может, после.
– После чего? После того как сдохнет «тварь»?
– Именно. После того, как сдохнет тварь. Тогда мои слова и твоя на них реакция никак не сможет помешать моей цели, тогда я могу рассказать тебе все.
– А ей? – кивнул на вышагивающую кругами вокруг них девушку Альбин. – Ей ты рассказал все?
– Она знает больше. Так сложились обстоятельства, и мы с ней, – жнец пожевал губами, подбирая нужное слово, – союзники.
– Значит, шлюха может знать больше меня, она более достойна доверия?
– Я не шлюха, – в голосе Кары слышалось искреннее возмущение.
– Хм, – Альбин ухмыльнулся, – тогда что ты забыла в борделе? Неужели ты – клиентка? Или ты и есть убийца моего приятеля Слизня?
К тому, что произошло далее, юноша оказался не готов.
Кара, словно споткнувшись на месте, замерла на мгновение, но уже в следующую секунду, невзирая на незалеченные раны, ринулась в атаку. Первый удар в скулу Альбин честно пропустил, да и второй – поддых – тоже. От третьего увернулся, разрывая дистанцию. Кара, высоко подпрыгнув, попыталась провести атаку ногой в голову, но юноша ее заблокировал. Впрочем, инициативу перехватить не удалось. Не обращая внимания на открывшуюся рану в боку, на дикую боль в ключице, мешающую дышать, девушка с упорством молотобойца обрабатывала дворянина, не давая ему ни собраться, ни сделать лишний вдох.
Конечно, она была еще слаба. И даже те удары, которые доставались нор Амосу, не были опасны поодиночке, но серии, которые проводила взбешенная Кара, сокрушали.
Уворачиваясь и ставя блоки, Альбин успел отметить, что кулачки у соперницы весьма крепки, а по скорости он ей немного уступает. А был бы у нее в руке хотя бы ржавый и тупой нож, Альбину нипочем бы не встретить следующего рассвета.
Отступая под напором девчонки, нор Амос не заметил, как она загоняет его в угол. Вот он увернулся от опасного удара в голову, сделал шаг назад и почувствовал спиной ствол дерева. Кара восторженно закричала, усиливая напор. Загнав противника в угол, она собиралась забить его, ибо в ограниченном тремя деревьями пространстве юноша сильно уступал девушке. Прицелившись для коронного удара в гортань, она провела быстрый финт, ударила ногой в голень и выстрелила сложенной щепотью ладонью, уже предвкушая, как сомнется под пальцами кадык, почти увидев, как юноша корчится на земле, разрывая ногтями свое горло в попытках еще раз впустить в свои легкие порцию воздуха.
