Как-то не замечаешь, насколько быт зависит от мелочей. Казалось бы, для комфорта вполне хватит скупой подстилки, чистой смены белья, теплого плаща и небольшого очага.
На деле подстилку желательно потолще, кроме плаща нужны одеяла, а белье надо и стирать, и менять своевременно. Очаг тоже нуждается в спутниках: котелках и кружках, ложках и ножах. Ну, и пищу для него тоже не найдешь на улице. Пришлось изрядно повозиться, таская покупки так, чтобы не выдать обитателям пирсов свое существование.
Но пора и за дело браться.
Вначале стоило было узнать, как относится общественность к происшедшему.
Прикрытие Старика было не идеальным, но вполне на уровне. Смерть гражданина в центре города не могла не привлечь внимания, а где внимание – там слухи.
Выяснив все, что можно было, по кабакам и у рыночных сплетниц, задумываю похождение по дну столицы.
Вообще у нас хороший город, и отребье дна не так уж и досаждает честным гражданам. Проблема в том, что честных граждан не так уж много.
Есть еще и Белый город. Есть рассадник заразы на Горе. Там собираются настоящие убийцы и подонки, там вершатся судьбы не одного кошелька или пары душ. Там, легким взмахом руки и небрежно брошенной фразой, уничтожаются целые деревни, десятки тысяч жизней висят на кончике пера.
Нет, не все так прямолинейно, но вот вводит Совет новый налог на имущество, и многие граждане оное теряют.
Вот поссорились два важных человека – и перестали друг с другом торговать. Им-то что? Мизерные, по их разумению, убытки, а вдоль ранее популярного тракта мрут с голоду трактирщики без клиентов, нищают их поставщики, плотники, обслуживающие и ремонтирующие склады, снимаются семьями на новое место. Не всегда и не все способны это место найти или дойти до него без потерь.
Много мерзости стекает с Горы, и это лишь пенка. То, что находится в самом вареве, мне неизвестно. Скажу лишь, что моя работа невозможна без их интересов.
Честные граждане не пытаются украсть у конкурента документы, отравить его семью или запугать работников и сжечь товары.
Все заказы, принимаемые Стариком и мной исполняемые, приходят с Горы. Конечно, для одиночки Дно опасно не меньше. Но там есть хотя бы видимость приличий. Там соблюдаются определенные правила и действует своеобразный кодекс чести.
Каково же было мое удивление, когда в первом же трактире, известном месте, где собирается всякое отребье, на глаза попался перстень Старика.
Верно грабитель, соблазнившись красивой игрушкой, не смог с ней расстаться. А может, не думал, что его узнают?
Осторожно покрутившись вокруг, удалось разузнать подробности насчет его банды. Всего четверо, небольшая шайка, малый отряд, иногда подряжавшийся наемниками, иногда промышлявший грабежами и конокрадством. По слухам, которыми прямо пропитано Дно, только успевай собирать нужное, Ржавый, как называли подельники рыжего, с бандой сорвал недавно куш. Только один сейчас не показывается – подхватил какую-то заразу, а остальные, никуда не прячась, весело гуляют в нижнем городе.
Признаюсь, мой дебют был несколько опрометчивым. Пришлось опустошить старые запасы. Яд был самым простым и самым изысканным способом. Конечно, пришлось побегать, ибо найти нужный парик оказалось нелегко. Но ничего, рыжий уже на том свете, а меня ждет следующий.
Отоспавшись после посещения трактира и несколько успокоив нервы, быстро завтракаю благоразумно прихваченными колбасками и запиваю холодной водой.
Скромные размеры и скудность обстановки моего логова не дают расположиться с комфортом. За последние дни мне удалось освежить постель, вычистить скромный очаг и раздобыть некоторые кухонные принадлежности. Самым удачным приобретением была пара разборных стульев, сработанная мастером для каравана, но не выкупленная заказчиком. Мне удалось протащить их по темным улицам, не привлекая к себе внимания.
Теперь, после того как первый шаг был сделан, тянущее чувство внутри немного утихает. Уже не горит огнём жажда мести, и обида тихо тлеет, как будто жестокий зверь внутри получил кусок мяса и теперь, отдыхая, лениво выпускает когти, напоминая о себе уколами, но не разрывая душу в клочья.
Сегодня я не хочу масок, сегодня я буду собой.
Темные широкие штаны с большими кожаными вставками на коленях и на седалище аккуратно заправляю в невысокие сапожки, а серая куртка с широким воротом скрывает под собой белизну сорочки. Проскальзываю в тамбур, ведущий к входной двери, в специальные щели осматриваю закуток, который ведет к моему тайному логову. За стеной слышен шум, это рабочие передвигают, громко матерясь и проклиная и друг друга, и хозяев, объемные тюки на складе.
Склад, кстати, тоже принадлежит мне. После первого дела в столице Старик помог мне оформить документы, а после вступления в права владения мы качественно перестроили его.
Поменяли несколько перегородок и соорудили потайной проход. Самое сложное было сделать вытяжку таким образом, чтобы дым из маленького очага рассеивался, не выдавая моего убежища, но и тут мы справились. Склад за большую ренту я сдаю приличным купцам из торгового дома, а убежище до сих пор пустовало.
