В холодное пасмурное февральское утро 1895 года в главное полицейское управление в Бруклине вошел пожилой, изящно одетый господин и попросил доложить о себе начальнику полиции, мистеру Брауну. Господин был страшно расстроен. Начальник полиции был знаком с посетителем, богатым пивоваром, владевшим большим промышленным заводом, и поэтому немедленно поднялся с кресла и пошел ему навстречу.
— Добрый день, мистер Нортон! — обратился он к гостю. — Что привело вас ко мне? Вероятно, что-то случилось?
— К сожалению! — в сильном возбуждении простонал Карл Нортон, не заметив предложенный ему стул. — Моя дочь Нелли три дня назад бесследно исчезла.
— Уже три дня? — изумленно переспросил начальник. — И вы только теперь сообщаете нам об этом?
— Я не мог этого сделать раньше! — возразил Нортон. — Позвольте мне все рассказать вам! Восемь дней назад я уехал из дома на неделю и оставил свою восемнадцатилетнюю дочь одну! Вы, конечно, знаете, что это мое единственное дитя, которое мне оставила моя жена, скончавшаяся шесть лет назад. Можете себе представить, что я берег девочку, как зеницу ока! Нелли была моей гордостью, всей моей жизнью! Я любил ее безгранично и потому оберегал ее, боясь, что она может попасть в дурное общество, где увидит и услышит вещи, оскорбляющие ее целомудренные чувства! Я считал своим святым долгом сохранить ее чистой и непорочной. Я уже не раз оставлял Нелли дома одну, потому и теперь уехал без особого беспокойства. Я побывал во многих западных городах и не мог точно сообщить, где и когда буду находиться, поэтому ни моя дочь, ни прислуга не могли мне писать! Сегодня ночью я наконец вернулся. И первое, что я услышал, это то, что Нелли вечером третьего дня бесследно исчезла! Мне рассказали, что в тот вечер моя девочка, закутавшись в свое длинное театральное манто, накинув капюшон, закрывавший ее лицо, оставила дом! Нелли сказала слугам, чтобы те не беспокоились, если она поздно вернется, так как получила приглашение от своей хорошей подруги. Это было последнее, что о ней слышали! Куда она пошла?! Из каких побуждений оставила родительский дом? Все покрыто загадочным мраком, и никто не может дать мне объяснения!
— Посылали ли вы с расспросами к подругам вашей дочери?
— Без сомнения, я немедленно принял все возможные меры! По всему Бруклину и Нью-Йорку я разослал своих слуг, телеграфировал за границу всем своим знакомым, по отовсюду получил один и тот же ответ, что Нелли не видели!
— И вы не имеете ни малейшего представления о том, где может быть ваша дочь?
— Ни малейшего!
Начальник полиции после некоторого раздумья медленно заговорил:
— Нельзя ли предположить, что здесь идет игра за обладание рукой вашей дочери? Может быть, девушка любит молодого человека, который по своему социальному положению стоит ниже ее? Она, зная, что вы, мистер Нортон, никогда не дадите согласия на такой брак, могла бежать со своим возлюбленным!
Заводчик отрицательно покачал головой.
— Нет, это не подходит! У меня к этому совсем другое отношение! Очень часто я говорил своей дочери, что она не встретит препятствий с моей стороны, если полюбит кого-нибудь и захочет выйти замуж, пусть даже жених ее будет беден. Единственно только, чтобы он обладал честным и благородным характером! Нелли это знала, и я уверен, что она тут же доверилась бы мне, если б почувствовала к кому-нибудь глубокую симпатию! Пет, тысячу раз нет, это не так! Я слишком хорошо знаю Нелли! Я не могу представить, что могло принудить ее покинуть отцовский дом, и не могу отделаться от страшного предчувствия, что здесь возможно преступление!
— Но Боже мой! Неужели удалось завлечь мисс Нелли?! Быть может, за этим стоит вымогательство?
— О, если бы это было так! Я с радостью заплачу любую сумму: только б вернуть мое дитя! Я буду безутешен до конца своей жизни, если с моей дочерью приключилось какое-то несчастье!
— Само собой разумеется, что полиция немедленно приступит к самым тщательным поискам! — пояснил Браун. — Будет более чем странно, если нам не удастся обнаружить какой-нибудь след, указывающий на местопребывание вашей дочери!
— Пожалуйста, сделайте это, мистер Браун. Нью-йоркская полиция также должна быть осведомлена и получить инструкции.
— Не беспокойтесь, в самое короткое время сотни служащих будут вовлечены в это дело.
— Хорошо! — произнес несчастный отец. — Вы можете не стесняться и тратить сколько нужно, мистер Браун, я за средствами не постою! Надо немедленно дать объявление о вознаграждении в десять тысяч долларов тому, кто возвратит мою дочь или поможет разыскать ее!
— Все будет исполнено! Я сам…
Тут начальник прервал свою речь, так как открылась дверь и вошел один из служащих. Это был инспектор Риддер, ближайший помощник Брауна.
Начальник тотчас по выражению лица подчиненного заметил, что тот намерен сделать серьезное сообщение.
— Что случилось, мистер Риддер?
— Экстренное донесение!
Инспектор вопросительно взглянул в сторону Карла Нортона.
