До конца ночи ещё далеко.
В великолепном дворце праздник. Глазурованные плитки, белые ширмы из нефрита, золотые колонны и парчовые подушки. Среди этого богатства восседал надменный император. В своих объятиях он крепко сжимал прелестную наложницу.
Чиновники внизу покатывались со смеху. Они уже давно забыли, сколько дней прошло за окном. Только один человек сидел прямо и неподвижно. Взгляд его холодно скользнул по счастливым сановникам, очаровательным танцовщицам и пьяному императору и остановился на любимой наложнице государя. Словно почувствовав внимание мужчины, одетая в яркие одеяния наложница повернула голову и встретилась с ним взглядом. Естественная красота, тщательно подобранный наряд, брови как листья ивы. Несколько чёрных локонов легонько упали на её соблазнительные глаза. Под одним глазом маленькая красная родинка. Улыбка наложницы могла завладеть сердцем любого мужчины. Она была так прелестна, что напоминала демоницу.
Их взгляды пересеклись в пустынном воздухе и переплелись между собой. Она улыбнулась ещё более соблазнительно и очаровательно. Он сохранил невозмутимость.
Она была самой любимой наложницей императора — супругой Жун.
Он был самым доверенным генералом императора — владетельным полководцем государства.
Спустя много лет он всё ещё помнил их первую встречу. Это было очень давно.
В его памяти сохранились лишь падающий снег и воющий северный ветер. Он мчался по снежному полю. Такой энергичный, беззаботный и раскованный, он остановился, встретив заблудившуюся девочку. Чёрные волосы собраны в роскошный золотой узел. Большие ясные глаза краснеют от слёз. Маленькая красная родинка делала её ещё более очаровательной и соблазнительной для своего возраста.
Он тогда был старшим сыном главного полководца прошлой династии — Шангуань Чжао. А она самой любимой дочерью императора — принцессой Аньпин.
Вот так она ворвалась в его жизнь и больше никогда из неё не исчезала. Так в книгах описывают встречу снежной демоницы с обречённым юношей: они не смогут расстаться, пока их тело и душа не вернутся в небытие.
Он ждал ранним утром, чтобы помочь этой озорной принцессе выскользнуть из дворца и поиграть вместе на бескрайних лугах. С приходом весны земля всегда покрывалась ковром цветов. Сирень, зимний жасмин и китайские розы. Весенний ветерок доносил запахи трав, обдувая и приводя её волосы в беспорядок. Ему всегда приходилось помогать ей заново завязать узел, а потом он украшал её причёску наполовину распустившейся розой. Однако из-за собственной неуклюжести каждый раз он приводил её волосы в ещё больший беспорядок. Но принцесса никогда на него не ругалась. Она больше не поправляла растрёпанную причёску и садилась на траву, держа его за руку. Каждый день они смотрели на закат, и солнце напоминало кровь. Они наблюдали за танцами пёстрых облаков, подобных тонкому шёлку, светом и тенью закатного зарева.
Однажды она нашла тонкую красную нить и обвязала её вокруг своего и его мизинца, соединив их. Принцесса со смехом сказала, что по словам дворцовых служанок, те двое, чьи мизинцы соединены красной нитью, не будут разлучены на всю свою жизнь.
Принцесса моргнула своими большими очами и улыбнулась подобно звезде.
Та принцесса всегда почтительно вела себя перед отцом, что позволило Чжао войти во дворец. Они вдвоём играли в прятки, вместе ходили слушать учителя и наслаждались фантастическими рассказами фрейлин. Именно тогда они узнали легенду, что в древние времена женщины отрезали себе мизинец на правой руке и отдавали любимому перед смертью.
— Но тогда красная нить порвётся, — недовольно пробормотала принцесса.
Старая служанка сочувственно улыбнулась:
— Принцесса, если любимая мертва, то разве это судьба?
Такой ответ её не устроил.
— Я так не поступлю. Даже если бы я умерла, мне бы хотелось, чтобы мой любимый хранил обо мне память до конца своей жизни.
Тогда они тайком стиснули руки.
