- Значит, он хочет, но не может? - догадалась я.
- Да, вот и приходится мне нести ответственность.
- А кто-то из родственников у тебя ещё есть? Ну кроме Томаса?
- Есть двоюродная сестра мамы, но...я с ней ни разу не виделся. Так, звонила и поздравляла с Рождеством пару раз и всё.
- Значит, ты и Томас последние из рода Бейлер?
- Да - кивнул Адам рассеянно перебирая мои пальцы - больше никого не осталось. Всего десять лет и всё, остались только мы.
- Десять лет? - спросила я наклоняя голову на бок и слегка прикрывая глаза. Было тепло, солнце ласково грело и дул легкий тёплый ветер. Настоящая весна! Подольше бы такая погода держалась.
- Да. Десять лет назад умер мой дедушка, потом бабушка и так далее. Ну и два, почти три года назад погибли мои родители. Вот и всё. Остался только Томас, который как ты заметила, умирать ближайшие лет тридцать не собирается точно.
- Ну, это не от нас зависит - пожала я плечами - кстати, а Томас это брат твоего отца?
Куда тогда девались остальные его братья? Ты же говорил, что их было много и твой папа рос среди парней. Совсем как в кадетских корпусах.
- Рос - подтвердил Адам - но рос и жил это две разные версии.
- Так они что, тоже...того? - я сложила на груди и закатила глаза.
- Нет, они где-то живут, но фамилии у них другие - отозвался Бейлер - ещё вопросы?
- А на кого ты похож? На маму или папу? - спросила я с любопытством в голосе - или и на того и другого?
- Нет, я пошёл в мать - отозвался Адам снова откидываясь на перила мостовой - мой отец был похож на Томаса.
- Блондин?
- Да. Только глаза голубые, как у меня - парень посмотрел на меня своими очами и улыбнулся - у мамы были тёмные глаза и серебряной радужкой, которая отделяла зрачок. Я до сих пор помню как любил смотреть ей в глаза. Словно тонешь в них. Папе тоже нравился необычный цвет маминых глаз.
- Значит, твой отец выглядел как чистокровный ариец? - уточнила я.
- Не понял?
-Ну...помнишь, Гитлер как-то говорил, что истинный ариец, ну чистокровный немец, должен иметь светлые волосы, высокий рост и светлые глаза. Вся ирония в том, что сам Адольф Гитлер был темно волос, темно глаз и, вдобавок ко всему, был невысокого роста. Идеально под это описание подходили славяне, но их никто не брал в расчёт.
Адам молча прослушал лекцию о том, как должны выглядеть представители нации, в которой ему удостоилась честь родиться, и задумчиво перевёл взгляд на меня.
- Ну если судить с точки зрения Гитлера, то нации немцев, или правильней сказать, скандинав уже практически не существует. Но да, мой отец попадает под это описание.
- Я тоже - улыбнулась я смотря на Бейлера с превосходством - видишь - я взяла свои волосы, которые сегодня заплела в косу - я блондинка, у меня светлые, голубые глаза и я пусть и не очень высокого роста, но всё-таки повыше некоторых.
- Да - улыбнулся Адам и наклонился ко мне, целуя в макушку - у тебя светлые волосы, - он провёл рукой по моей щеке - у тебя голубые глаза, пусть и не такого цвета как у меня и ты среднего роста. Наверное, ты тоже чистокровная арийка.
- Неа - я мотнула головой - у меня столько всего намешенно. Даже евреи отличились.
- Правда?
- Да. Мамин дедушка был евреем - кивнула я поднимая голову, чтобы увидеть лицо Адама.
Глаза у него действительно были красивыми. Голубыми как летнее небо, в то врея как у меня они были просто голубыми. Я попыталась представить себе отца Адама. Наверное, он выглядел как Томас, только с голубыми глазами. Выходило красиво и необычно : светлые, почти серебряные волосы, мужественно лицо, которое было красиво не обычной смазливой красотой, а по - другому, голубые глаза и довольно высокий рост, не зря же Адам такой шпалой получился! Жаль, что Бейлер не пошёл в своего отца, вздохнула я. Были оба блондинами! Хотя, я же не знаю, как выглядела мама Адама, так что может он ещё измениться. Парень и сейчас был очень симпатичным, но он ещё меняется, поэтому в какую сторону его сдвинет пока не понятно.
- Ты так меня рассматриваешь, что мне становится страшно - признался Бейлер опасливо смотря на меня - что ты такого увидела?
- Я просто хотела представить как выглядит твоя мама- призналась я - она наверное была очень красива.
Адам улыбнулся и снова посмотрел на небо. Улетел он вечером, клятвенно пообещав вернуться через две недели. В аэропорт я не поехала его провожать, зная, то обязательно столкнусь там с его дядей. Поэтому мы попрощались перед тем как я закрыла дверь в подъезд. Последнее, что я запомнила это была улыбка Адама. Я улыбнулась в ответ и закрыв дверь пошла к лифту.
Вот и сейчас, когда прошло уже четыре дня, я едва с нетерпением смотрела на часы, будто от силы моего взгляда стрелки могут идти быстрее. По началу отсутствие Бейлера не чувствовалось, но уже на второй день я поняла, что чего-то не хватает. Покопавшись в себе, я поняла что это из-за того, что мы с Адамом созванивались почти каждый день и теперь мне не хватает его комментариев по поводу того, что произошло со мной днём. Иногда ехидных, иногда раздражающих, а иногда и полезных комментариев.
