Юный Шерлок Холмс знает, что у взрослых есть свои секреты. Но он и подумать не мог, что один из известнейших в мире наемных убийц, официально признанный погибшим, на самом деле жив и скрывается в Суррее и что к этому каким-то образом причастен его родной брат Майкрофт.Когда никто не говорит тебе правду, приходится рискнуть, чтобы узнать ее самому. Так начинается приключение, которое приведет Шерлока в Америку — в самый центр смертельно опасной паутины, где жизнь не стоит ни гроша, а истина имеет такую цену, которую не согласится заплатить ни один разумный человек.
Когда Джеймс Хилледжер впервые увидел гигантскую пиявку, он подумал, что это галлюцинация.
В джунглях Борнео было жарко и душно, прямо как в турецкой бане. Воздух был таким влажным, что его одежда промокла насквозь, и пот не испарялся, а капал с рук и с носа, стекал по коже, собираясь в противные лужицы там, где одежда прилипала к телу. В его ботинках хлюпала вода. И пусть они были сшиты из прочной кожи, Хилледжер понимал, что в этом жутком болоте ботинки сгнили бы за пару недель. Он чувствовал себя неуютно… Да что там говорить, скверно он себя чувствовал, так скверно, как никогда в жизни.
От жары у него кружилась голова, и поэтому, а еще потому, что вот уже несколько дней он страдал от голода и жажды, Хилледжер решил — у него начались галлюцинации. Ему давно казалось, что он слышит голоса, доносящиеся из-за окружающих его деревьев, — кто-то постоянно перешептывался и посмеивался над ним. Умом Хилледжер понимал, что это всего лишь ветер шумит в листве, но каждый раз его охватывала паника и хотелось заорать на невидимых преследователей, велеть им заткнуться, пристрелить их, в конце концов, если они не послушаются.
Ему уже встречались здесь совершенно невероятные существа — то ли настоящие звери, то ли рождаемые его воспаленным мозгом видения. Обезьяны с огромными, похожими на раздутые груши носами; гигантские лягушки, размером с ладонь, ярко-оранжевые, красные и синие; взрослый слон, который, однако, доставал ему лишь до плеча; странное, похожее на свинью животное, покрытое темной шерстью, с длинной и острой мордочкой, которая постоянно шевелилась самым необычным образом. Были ли эти животные реальными или галлюцинациями, он не знал.
Шагавший рядом с ним Уилл Джимсон остановился и наклонился вперед, уперевшись ладонями в колени и жадно глотая влажный воздух.
— Давай передохнем минутку, — выдавил он, с трудом переводя дух. — Тяжело идти.
Хилледжер воспользовался передышкой, чтобы вытереть лоб платком: дело достаточно бессмысленное, так как платок был таким мокрым, словно его только что достали из воды. Может быть, галлюцинации — это симптом какой-нибудь страшной тропической лихорадки? Леса Борнео были рассадником всевозможных смертельных болезней, о которых современная наука мало что знала. Он слышал, что люди, считавшиеся без вести пропавшими в джунглях, объявлялись через несколько недель, чуть живые, с ног до головы покрытые зловонными язвами.
Он с тревогой огляделся по сторонам. Ему казалось, что даже деревья над ним издеваются. Из трещин их причудливо изогнутых, шишковатых стволов то тут, то там вылезали лианы, похожие на гигантских паразитов. Ветви деревьев тесно сплетались друг с другом, закрывая небо. И те редкие солнечные лучи, которым все же удавалось пробиться сквозь листву, казались зеленоватыми.
Несмотря на жару, Хилледжер поежился. Он бы ни за что не оказался в этом кошмарном месте, если бы не боялся своего заказчика больше тропической лихорадки и странных существ, населяющих джунгли.
— Давай покончим с этим! — взмолился он. Ему не хотелось больше ни минуты оставаться в этих джунглях. Он мечтал только об одном — добраться до порта, погрузить на корабль клетки с животными, которых им удалось найти, и вернуться в цивилизованный мир. — Нет ее тут. Мы и так нашли достаточно разных тварей, чтобы он был счастлив. Черт с ней. Он даже не заметит.
— Еще как заметит, — уныло возразил Джимсон. — Если мы ее не привезем, то тут же окажется, что она-то была ему нужнее всего.
Хилледжер уже было приготовился спорить, но тут Джимсон воскликнул:
— Тише! Я, кажется, ее вижу!
Хилледжер подошел к своему напарнику. Тот все еще стоял согнувшись, но теперь он смотрел не себе под ноги, а на ствол одного из деревьев.
— Гляди, — сказал он и ткнул пальцем в нужном направлении.
Хилледжер посмотрел туда, куда показывал Джимсон. Там, в огромной луже, разлившейся между древесных корней, копошилась какая-то тварь, напоминающая сгусток ярко-алой крови размером с кисть руки. Тело ее поблескивало в едва пробивающихся сквозь деревья солнечных лучах.
— Ты уверен? — спросил Хилледжер.
— Дюк именно так ее описал. Он сказал, что она выглядит
— И что же нам теперь делать?
Не ответив, Джимсон протянул руку к существу и подцепил его двумя пальцами. Тварь безжизненно повисла в его руке. Хилледжер смотрел на напарника как завороженный.
— Точно, — сказал Джимсон, поворачивая и внимательно рассматривая находку. — Смотри, вот рот… вернее, присоска… или как там ее. По краю три зуба. А с другого конца тоже присоска. Вот как она держится — присасывается с обеих сторон.
— И сосет кровь, — мрачно добавил Хилледжер.
— Она пьет кровь любого животного, которое оказывается рядом и движется достаточно медленно, чтобы она успела присосаться, — пояснил Джимсон. — У карликовых слонов, остромордых тапиров…
