И вот остался он. Игрок 3. Мир вокруг меня остановился и все как в замедленной съемке он снял свой шлем. Перехватило дыхание, сердце застучало бешено. Собственной персоной оказался сам Эрик Росс. Откинул шлем и пятерней прошел по своим волосам, взъерошивая и без того беспорядок на голове. При темном освещении он казался мне брутальным, грубым и совсем таинственным парнем. Форма шла к лицу, подчеркивала стройную и спортивную фигуру. На мгновение в голове вспыхнули мои извращенные фантазии, из-за чего к щекам прилила краска, и жар ударил прямо в лицо.
Сама хотела забыть о нем и жить спокойной жизнью. Ты сама хотела, Ханна.
Опустила взмокшие руки на платье и смяла ткань. В этот момент наши глаза перекрестились. Во мне не было все так чисто и без ранений, я сильно попала в логово зверя, где потихоньку уничтожали. Красивого и экстравагантного тигра, что дух захватывало, стоило увидеть его или оказаться рядом с ним.
Он прищурился. Магма сладко растекалась внизу живота, отдавая импульсы в самый центр влагалища. Ох, что же со мной происходит? Я начинаю медленно таять. Я чем-то заражена. Никогда не приходилось быть чьим-то желанием без остатка, чтобы меня медленно распаляли и уничтожали в щепки. Никогда.
Уголок рта парня приподнялся в каком-то манящем жесте, затем он отвернулся.
Я знаю, что происходит со мной, но признаться в этом боюсь.
Эрик Росс
По случаю нашей игры с соперниками через два дня нам организовали вечеринку.
Подошел к столу с закусками, прихватывая апельсиновый сок. Сделал медленные два глотка и изучающие смотрел на фуршет стола. В одно мгновение мне хотелось что-нибудь взять, но потом…аппетит вовсе пропадал. Как-то было не до еды, хотя с полудня ничего не кидал в свой желудок.
Разочарованно выдохнул и повернулся к центру зала, где мои ребята отрывались по полной с некоторыми девчонками, которых успели очаровать своими сияющими улыбками. Аарен вообще входил в тесный контакт с одной блондинкой, трогал оголенные участки тела, будто случайно задевал интимные места, не стесняясь недовольных взглядов взрослых.
Оперся бедром об стол, измучено наблюдая картину, и залпом осушил стакан. В горле так сухо. До сих пор не мог отойти после этих танцев, все силы потратили на это…
Вечер оказался не таким тухлым, как мы загадывали с парнями вчера в клубе. Каждый из нас предлагал свои идеи и представления о том, что смогут учудить совет и некоторые преподаватели с этой вечеринкой. И нас это удивило и напрягло. Все тут было…слишком деликатно и склонялось вовсе к идиллии во всем мире. Обстановка была разнообразной, в воздухе витал терпкий запах из смеси различных духов и пота, когда мы только ворвались в зал. Дресс-код был не таким примечательным, подчеркивающий верховенство большей части студентов. Девушки были облачены в короткие платья, парни в рубашку и штаны. Вполне в духе такого престижного университета.
Останавливало не совершить какую-нибудь выходку, — заполненный зал, который мы вовсе поразили своим сюрпризом. Все студенты, которые болели за нас каждый сезон, были здесь, смотрели на нас с гордостью и ликованием, что и в этот раз порвем всех. Каждый выражал нам крики поддержки в виде шума, взрывающий мои бедные перепонки после тяжелой ночи, в придачу голова раскалывалась от дикой музыки, которую мы выбрали на прошлой неделе. Но я все равно чувствовал себя стойко, энергично, не выражая своего недовольства по этому поводу, ведь брал на себя частичную ответственность перед своим народом.
Когда мне только пришлось выйти на сцену, дух перехватило от большого количества эмоций. Все на меня в этот момент смотрели, ждали мою речь, которую словом не умел никогда разумно толковать. До этого за нас уже большую часть рассказал мистер Робертс, который уж слишком красноречив и не умеет вовремя остановиться, когда это уж точно надо. Сквозь щель двери до выхода я заметил, с каким наискучающим видом все смотрели на него. В этот момент мне хотелось уже просто плюнуть и со своей командой выбежать, предстать под свет софитов. И плевать на последствия. Во мне все закипало от кончающего терпения.
После триумфального выступления нас отправили надеть рубашки и штаны, но я все равно задыхался от нехватки кислорода. Перед вечеринкой у нас была тренировка, а еще повторяли танец. Но тренер был сегодня в расположительном духе. Перед тем, как отпустить в зал, выразил одобрительные слова и похвалу, что мы до сих пор остаемся такими же оболдуями, как и раньше. Сейчас он обитал где-то здесь среди этого хаоса.
Мне понадобилось несколько минут для восстановлений сил.
