- Вы слишком умны для молодой безработной женщины без образования. Вы правильно все поняли. Мы собираемся сделать это в обход руководства.
- Сомнительно.
- Человек, к которому Генерал пришел с просьбой расследовать взрыв, через восемь месяцев уходит в отставку. Когда-нибудь и Генералы стареют. И их друзья стареют.
- А вы - племя молодое, да, оказывается, незнакомое!
- У нас свои резоны и методы борьбы. Соглашайтесь! Все сходится красиво, - повторился, он, - есть мотив, есть заказчик и исполнитель, которого рано или поздно мы найдем.
- Зачем мне это нужно?
- Никто ничего у вас не отнимет, если Генерал будет под следствием. Почему вы так улыбаетесь? Что-то не нравится в моей схеме?
- Ваш заведующий отдела надеется разворошить большую навозную кучу и не испачкаться? Гак не бывает. Отправьте сами все собранное в прокуратуру!
- Без заявления конкретного лица это совершенно бесперспективно. Дело вернут на дополнительное рассмотрение моему вышестоящему руководству. Ну и что такого? Несколько увольнений, скажете вы, а потом его все равно с почетом на пенсию. Да только дела после этого никакого не останется. Развалится дело. Я задумалась. Потом спросила:
- Что вы видите в окне?
Если он скажет - черноту, ничего писать не буду. Смешной этот следователь Докучаев.
- Вижу люстру, стол и мужчину с женщиной за столом. Между ними металлический чайник. Серебро?
Он видит мужчину и женщину за столом. Он видит серебро. Он видит серебро в отражении?..
- Подарок мужа на день рождения. Гри года подряд он дарил мне серебряную посуду.
- Любите серебро? - заскучал следователь.
- Ненавижу серебряную посуду. Давайте бумагу и ручку. Я напишу заявление. Только сначала договоримся. Вам известен такой юридический термин - устное соглашение?
- Конечно, известен, - засуетился следователь.
- Мы сейчас с вами оговорим некоторые пункты нашего устного соглашения. Поклянитесь, что выполните их.
- Что? Поклясться? Вот, пожалуйста, бумага, ручка... Клянусь, что выполню.
- Хорошо. Вы собираетесь по моему заявлению начать против Генерала дело о заказном убийстве Гамлета Ван-Геймана, так?
- Да-да, сначала я вам продиктую "шапку". Вот здесь, в правом углу, с середины листа...
- Вы собираетесь довести это дело до суда?
- Конечно! - сильно удивился Докучаев, подумал, усмехнулся и погрозил мне пальцем. - А вы собираетесь остановиться на угрозах?
- Я буду делать все, что вы скажете, а наше устное соглашение заключается в следующем. Вы обязуетесь относиться ко мне с профессиональным участием и доверием, как бы это дело не повернулось,
- Вы хотите, сказать, - напрягся следователь, - что это вы заказали мужа?
- Нет. К смерти Гамлета я не имею отношения. - Слишком самоуверенно сказано, слишком. Подумав, добавляю: - Разве что весьма косвенное. Я хотела сказать, что дело может не дойти до суда. Дело об обвинении Генерала в заказном убийстве своего бывшего зятя может в силу новых обстоятельств не дойти до суда.
- Это уже не ваши проблемы, - с облегчением вздохнул Докучаев. Позвольте заниматься подобными вещами специалистам.
- Так вы согласны? - спросила я, занеся ручку над листом бумаги. Над серединой этого листа, ближе к правому краю.
- На что? На то, что буду относиться к вам с доверием? Клянусь!
- Я со своей стороны обещаю говорить вам только правду и предупреждать о неожиданных поворотах этого дела, которые возникнут по моей инициативе. Диктуйте. Я готова.
Ближайшую неделю мы с детьми были заняты переездом. Всю эту неделю ровно в семь вечера Ося по моей просьбе шел к дедушке с бабушкой и проводил там время до десяти. Он не рассказывал, о чем там говорят и как с ним обращаются, он ни разу не опоздал вернуться, он посерьезнел и заметно повзрослел - это следует хотя бы из того, что он перестал пускать Нару к себе в постель! Я нигде не нашла телефон Гамлета. И еще не смогла найти герб клана Тейманов. Все перерыла - нигде нет! Черт с ним, с гербом, но телефон!.. В какой-то момент, плохо сознавая, что делаю, я набрала его номер и застыла, отсчитывая гудки. "Абонент отключен или находится в недоступном месте...."
Для бабушки Тили недоступных мест не было!..
- Спроси у Оси, - посоветовала Нара.
- Если бы Ося взял, он бы давно сказал, - отмахнулась я. - Он бы... он...
И у меня что-то щелкнуло вдруг в голове, и я прокляла свое воображение и отсутствие невинности в том понимании, что не бывает очень плохих поступков - бывает роковое скопление случайностей.
- Никогда, слышишь? - вцепилась я в Нару, - Никогда не спрашивай у Оси об этом телефоне. Поклянись!
- Да на кой он мне сдался?!
