— Всё на самом деле было так, как сказала Грейнджер. С одним только исключением, — Драко изумлённо посмотрел на Гарри, — я не понимаю, почему она не сказала настоящую причину своего пребывания в туалете.
Гарри локтем пихнул Драко в бок.
— Она обиделась на… одного нашего знакомого и не пошла на ужин, а Парвати сказала мне, что Гермиона заперлась в туалете. А когда профессор Квиррелл закричал про тролля, я подумал, что Гермиона может быть в опасности…
— Так почему, глупый ребёнок, ты не сказал об этом никому из взрослых?
Гарри пожал плечами.
— Ну а Вы, мистер Малфой? Почему пошли на поводу у гриффиндорца и не наставили его на путь истинный?
— Крёстный, я думал, что тролль в подземелье, и мы с Гарри успеем позвать Гермиону…
Северус устало потёр переносицу.
— Ладно, что с вами ещё делать…
Прошло ещё два месяца.
Январь. Самый холодный месяц в году. В этот новый год во дворе их дома выпал настоящий пушистый и белый как соль снег. Гарри выглянул из окна. Мирный деревенский пейзаж, освещённый почти полной луной, деревья, покрытые серебристым снегом, и запах с кухни, такой домашний… Мама напекла пирогов. Она почему — то всегда седьмого января печёт пироги и накрывает праздничный стол. Гарри всё не мог понять, что там, в другой стране, где почти десять лет жила его мама существует ещё одно, второе Рождество. И мальчик радовался подаркам! В этом году на второе Рождество они пригласили Рона и Драко. Мальчики чуть не подрались за место под ёлкой. Ведь они тоже не знали, что существует ещё одно Рождество, и они могут получить ещё подарков. «Как везёт Гарри», — не сговариваясь подумали Рон и Драко, разворачивая свои второрождественские подарки.
Отец ворчит каждый раз: «К чему так баловать мальчишку?» Но тогда мама нежно обнимает папу и шепчет ему на ухо какие — то слова, после которых он замолкает и больше ничего не имеет против второго Рождества.
Гарри радовался, отсчитывая уже третье счастливое Рождество в своей жизни. Вечером у них в доме собрались друзья. Ремус Люпин, Сириус Блэк и Мартин Стивенс с невестой. Андромеда Тонкс, узнав от Сириуса, что Снейп её кузен, впервые посетила дом Снейпов вместе с мужем и дочерью Нимфадорой. Миссис Лонгботтом привела Невилла, и мальчики, разделившись по двое, устроили войнушку на втором этаже.
Когда гости, уже немного усталые, расселись в гостиной и начали долгий разговор ни о чём, Римус попытался откланяться, но Любовь не отпустила его. Он вышел во двор и она, сжав в изящных пальчиках руку мужа, поцеловала его в щёку и отправилась за старым другом.
— Рем, что с тобой?
— Всё в порядке. Просто… — Люпин с тоской посмотрел на неполный лунный диск, привалившись к столбу веранды.
Любовь, проследив за его взглядом, прикусила губу.
— Прости, я знаю, тебе, должно быть нелегко. Столько лет… — неуверенно говорит она.
— Да, Любовь, — он пожимает плечами. — Каждый раз, когда я вижу вот такую луну, я содрогаюсь. Вот и сейчас, я знаю, что это ещё не полнолуние, но боюсь. Боюсь за тебя. За всех вас.
— Я знаю. Ремус, ты не должен жить в вечном страхе. Северус варит тебе зелье. Теперь ты совсем не опасен. Нужно прекратить бояться луны. Вот Бродяга, он — анимаг, и он не пугается своих превращений…
— Да, ты права, но каждый раз я боюсь того, что лекарство не подействует — он помолчал. — Я знаю одно: я умру, если однажды убью или заражу человека.
— Рем, — Любовь обняла своего старого друга, — я понимаю тебя. Очень хорошо понимаю.
— Знаешь, ты вторая в этом мире, кто понимал и поддерживал меня.
— Да? А кто же был первым?
— Лили Эванс. Родная мама Гарри. Мы были очень дружны когда — то. Она была единственной, кто помог мне, когда другие от меня отвернулись.
Любовь загадочно улыбнулась.
— Они не отворачивались от тебя, Рем. Они просто испугались. Прости их.
Римус удивлённо посмотрел на женщину, сжимающую его руку.
— Откуда ты знаешь?
— Это я, Ремус. Я вернулась к вам. Мне всего лишь дали другую оболочку.
— Лили?
Любовь кивнула. Люпин порывисто обнял своего доброго друга.
— Лили… Это невероятно! Прости меня…
— За что? — усмехнулась она.
— Я не взял на себя вашу тайну, я не доказал, что достоин сохранить её. Если бы я…
— Шшш… — Любовь прижала палец к его губам. — Ты ни в чём не виноват. Почему все, кто узнаёт, что я — это я, сразу начинают просить у меня прощения? — рассмеялась она.
Ремус тоже улыбнулся.
— Просто мы, наверное, давно об этом мечтали…
Когда закончились каникулы, и Гарри вернулся в школу, его ждала записка от директора Дамблдора, который просил того к нему зайти.
Гриффиндорец хотел спросить совета отца, но, не найдя того в лаборатории, решил пойти к директору. Ну не съест же его добродушный на вид старик.
Гарри подошёл к горгулье и назвал пароль, указанный в записке.
— Лимонные дольки.
Когда статуя отпрыгнула, мальчик прошёл по винтовой лестнице в кабинет директора.
Дамблдор пил сладкий чай и не сразу заметил присутствующего в его кабинете мальчика. Гарри пару раз кашлянул и директор, улыбаясь, посмотрел на него сквозь свои очки — половинки.
— Вы вызывали меня, директор?
