Северус медленно выпрямился и отбросил палочку, на него был направлен Люмос, и он зажмурился от яркого света.
— Профессор Снейп? Миссис Снейп? — Дора не поверила своим глазам и немного опустила палочку. — Что вы здесь делаете?
— Там был Гарри… — прошептал Северус, так как голос его сорвался и охрип.
Лили всхлипнула и оперлась о руку мужа, чтобы не упасть.
— Не волнуйтесь! — Тонкс подбежала к Лили и обняла. — Всё хорошо, с Гарри всё в порядке. Рем! — крикнула она в темноту, и вдалеке появился огонёк, который всё приближался, и вскоре они увидели Люпина.
Ремус тоже теперь работал мракоборцем. Два года назад реабилитированный Сириус Блэк помог ему устроиться.
— А, это вы, — сказал он, будто их ждали. — С Гарри всё хорошо, а вот Гермионе нужна помощь.
Они трансгрессировали к небольшому зданию — это был лазарет, куда отвезли тяжелораненых. Предъявив пропуск мракоборца, Ремус проводил их в палату. По дороге он успел рассказать, что произошло нападение Пожирателей смерти. Лагерь охранялся плохо, потому что недавно им была доставлена информация, что сегодня Пожиратели Смерти нападут на Министерство и все силы были задействованы на защиту пустого здания. Сириус тоже был ранен. Его задело режущее проклятье, когда он пытался заслонить Гермиону, но он не успел этого сделать.
Они вошли в палату, и Лили не смогла сдержать вздоха, увидев детей.
Гарри был цел и невредим, лишь небольшая ссадина над бровью говорила о том, что он был одним из подвергшихся нападению. Гарри держал за руку Гермиону, вокруг которой был светящийся купол, помогавший поддержать её в сознании. Гермиона слабо улыбнулась вошедшим, когда Гарри посмотрел на родителей. По его щекам текли слёзы. Он бросился в объятья родителей.
— Мама, папа! Как хорошо, что вы пришли! Гермионе нужно…
— Зелье на крови единорога, — продолжил Ремус. — Это было очень тёмное режущее проклятье. Раны удалось залечить, но пока её доставили в госпиталь, рубцы уже подобрались к сердцу, как сказал колдомедик, и как только она выйдет из защитного купола…
— Она умрёт, — закончил Северус, уже зная, как ей помочь.
— Но у них нет самого главного. Кровь единорога — очень редкий ингредиент. Животное должно само разрешить взять у него кровь, иначе её действие станет губительным, — придерживая перевязанную руку, к ним подошёл Сириус Блэк. — Здравствуй, Северус. Любовь — он кивнул.
Северус скривился.
— А мне казалось, что ты на уроках только и думал, как бы нашкодить…
Блэк покачал головой.
— Ты меня всегда переоценивал. На самом деле это мне сейчас объяснил колдомедик.
— Хорошо, — зельевар посерьёзнел, — нужна кровь единорога, они получат её. Я знаю, о каком они думают зелье. Я сам его сварю.
— Сев, ты же не говоришь о…?
— Да, я приготовлю зелье на основе моей мази.
— Мерлин! Но как же ты?
— Сейчас важно спасти девочку.
Гермиона непонимающе смотрела на друзей. Она ничего не слышала из — под купола, лишь могла видеть эмоции людей. Гарри подбежал к ней и крепко сжал её руку, взволнованно улыбаясь. Она вопросительно взглянула на друга.
— Всё будет хорошо, — произнёс он только для неё одними губами, чётко произнося каждую букву.
Девочка кивнула и вздохнула, прикрыв глаза.
На следующий день Северус готовился к страшной пытке. Он знал, что ему плохо придётся, но до окончания каникул он надеялся продержаться, а там Дамблдор поможет ему, должен помочь. Ровно через сутки, поздно вечером действие зелья закончилось. Снейп заранее приготовил несколько зелий, чтобы облегчить симптомы. Лили присела рядом, согревая его руку в своих ладошках. Но удивительно(!), подошло время, а метка не давала о себе знать. Прошло десять минут, пятнадцать, они всё ждали.
— Может, он забыл про тебя? — предположила Лили. — Быть может, он решил не тратить сил, всё равно ты не отзываешься.
Северус тяжело вздохнул, прежде чем ответить.
— Возможно, но я верю в это с трудом… — он прикрыл глаза, ожидая с минуты на минуту невыносимую боль, но всё было в порядке.
— Возможно, ты права… — отозвался он, когда Лили уже начала засыпать.
Она улыбнулась.
— Слава Мерлину… — выдохнула Лили, — Тогда идём ложиться…
Миссис Снейп выскользнула из объятий мужа и ушла переодеваться ко сну.
Северус задумался о том, что возможно метка не будет тревожить его больше. Это было бы прекрасно: тогда он сможет закончить работу над новым зельем, нейтрализующим её действие, и перестанет так сильно зависеть от Дамблдора. Северус вспомнил Гарри, когда тот с надеждой кинулся к отцу. Снейп знал, что его сын безнадёжно влюблён в Гермиону, но не был против. Даже когда Лили заметила, не рановато ли Гарри испытывать такие чувства, он только покачал головой и припомнил ей, как они не могли оторваться друг от друга в их возрасте.
— Но это опасно, Сев! Они живут в одном доме…
— Ничуть не опаснее, чем когда они в Хогвартсе. Они всегда у нас на глазах. Не тревожься. Гарри — мой сын.
