Оказавшись отлевитированным в спальню, Гарри проспал половину ночи. Примерно в два часа ночи ребёнку приснился кошмар. Мальчику приснилось, будто он снова заперт в чулане, а всё, что произошло, оказалось сном. Его мама и папа оказались лишь порождениями его больного воображения. Маленькое сердечко похолодело. Ему хотелось выскочить из душного чулана под лестницей и бежать как можно дальше отсюда, пока силы не покинут его. Мальчик стал барабанить в дверь чулана, чтобы его освободили, потому что темнота сгущалась и давила на него, а он ничего не мог с этим поделать.
Неожиданно дверь в чулан распахнулась, и малыш увидел лицо, которое уже видел давным — давно. Черт этого человека он не запомнил, но он уже видел его однажды. Потом он увидел яркую зелёную вспышку, и сильнейшая боль пронзила насквозь его голову. Мальчик истошно закричал. Он не мог проснуться, а боль всё усиливалась. Тогда он почувствовал, что его кто — то держит на руках, услышал успокаивающие слова, которые говорил приятный заботливый голос.
— Гарри, мальчик, всё хорошо. Успокойся. Я с тобой. Мы с тобой. Мама тоже рядом.
Северус уже заканчивал объяснение плана, как услышал крик Гарри сверху. Опасаясь самого страшного, он сразу же аппарировал в детскую.
Когда я услышала, как закричал мой Гарри, я незамедлительно бросилась к лестнице. Распахнув дверь в детскую, я увидела, что Северус пытается разбудить ребёнка, который уже не кричал, но, не переставая, звал то маму, то папу.
— Мы здесь, малыш, — я села на кровать по другую сторону от малыша. — И мама, и папа. Мы рядом, — сказала я, поцеловав детскую щёчку и погладив его по голове. Малыш распахнул ярко — зелёные глаза и взглянул на Северуса.
— Папа! Прошу, не уходи больше, не оставляй меня! Мама, и ты тоже, не бросай меня! Я не хочу снова вас потерять…
Северус моргнул несколько раз, оставаясь в объятьях ребёнка. Таким образом высушив увлажнившиеся глаза, он обнял мальчика в ответ. Новые чувства от потери одного и того же человека наполнили его. Он не вспомнил о своей любимой Лили. Он почувствовал горе ребёнка, потерявшего родителей. Когда Северус потерял свою мать, горе, обрушившееся на него, затопило все его дни, что он жил в этом доме. Он словно лишился какого — то стержня внутри себя. И эта рана зажила далеко не сразу. А теперь он осознал, каково потерять родителей в самом младенчестве и жить в семье нелюбящих и не заботящихся о тебе людей. И жалость к этому малышу заглушила все сомнения, все другие чувства, нет — нет да появляющиеся в его душе по отношению к ребёнку Поттеров.
Я не сопротивлялась, когда детская ручка зацепила мою шею и впечатала меня в плечо Северуса. От слов мальчишки защипало в носу и на глазах выступили слёзы. Я поняла, что уже не смогу оставить этих двоих, и моя жизнь уже никогда не станет прежней. Почувствовала, как нерешительно свободной рукой Северус обнял меня за талию, и внутри стало так тепло, что от переполнивших меня чувств я облегчённо вздохнула и крепко обняла моих мужчин.
Весь день Драко ходил по Малфой Мэнору сам не свой. Периодически ему казалось, словно он видит свой дом впервые. Мама снова была чем — то занята. Отец и подавно. Мальчишка чувствовал себя очень одиноким и поймал себя на мысли, что он скучает по своему новому знакомому. Наступившая ночь оказалась ещё более загадочной, чем предыдущая. Он не почувствовал, как уснул и снова увидел вампира.
— Можешь звать меня мистер Фуилтетчер. Вряд ли это имя тебе что — либо скажет.
— Мистер… Фуилтетчер, я всё ещё не понимаю, зачем Вам я? — спросил удивлённый Драко.
Вампир задумался на мгновение. Потом взглянул на мальчика и сел в кресло напротив него.
— Хорошо, Драко. Твой отец хотел бы, чтобы ты знал. Я встретил его Там. Знаешь, я совсем молодой вампир. Меня обратили в 1981 году. В момент моего обращения я чуть не умер и встретил Там твоего отца. Он просил меня помочь тебе, Драко.
— Это не правда, — Драко округлил глаза, — мой отец не был Там. Мой отец жив. Вы обманываете меня.
— Люциус тебе не отец, Драко.
— Что?
— Твой отец погиб почти семь лет назад.
— А как эта штука работает? — спросила я, недоверчиво косясь на медальон, в котором были запечатаны песочные часы.
— Подойдите ко мне, — сказал Северус.
Я послушно приблизилась к нему, и он надел цепочку на нас обоих.
— Прокрутив медальон нужное количество раз, — что он и делал у меня перед носом, — мы сможем попасть в прошлое.
Через секунду вокруг всё замелькало, словно кино в ускоренной перемотке. Несколько раз наступала темнота и восходило солнце. Наконец, всё остановилось, когда только начало светать.
Северус быстрым движением снял связывающую нас цепочку.
— Сейчас вечер воскресения. Я надеюсь, мы успеем добраться до Вашего дома вовремя.
— А как эта штука работает? — спросила я, недоверчиво косясь на медальон, в котором были запечатаны песочные часы.
— Подойдите ко мне, — сказал Северус.
Я послушно приблизилась к нему, и он надел цепочку на нас обоих.
