Не лгать себе? Он, Алан Окделл, всегда был верен чести. Но что может знать о чести Леворукий? Покровитель предателей и сам предатель, тварь, единственная радость которой – морочить людей и сбивать их с праведного пути…
– Алан! – Шарло Эпинэ тряс его за плечо. – Не стоит спать на солнце, да еще после боя. Демоны приснятся…
– Уже, – хмыкнул Окделл, – и не какие-нибудь, а Повелитель Кошек собственной персоной.
Приснится же такое! Значит, город пока еще в их руках, хорошо бы и вчерашний Совет оказался сном.
– Шарло, скажи, только честно, ты мне не снишься?
– Нет вроде бы, – утешил Эпинэ. – Ну и о чем с тобой говорил Леворукий? Он в самом деле левша и носит красное и черное, или это вранье?
– Меч он держал в правой, – нехотя буркнул Окделл, – и был в красном… Сапоги у него, кажется, черные.
– Страшно было?
– Нет… Глупо, не могу отделаться от мысли, что он сказал что-то важное. Вернее, это я во сне понял, что не понимал наяву…
– Прости, что разбудил, но спать лучше в тени, а еще лучше в собственной постели. А то не только Зеленоглазого увидишь, но и Создателя верхом на крысе. Слушай, раз уж ты проснулся… Что будем делать с Приддом?
– А я-то надеялся, мне его регентство почудилось.
– Если бы! Не знаешь, где Алва?
– На укреплениях?
– Нет его ни там, ни у Октавии, а ей уже совсем пора…
– Думаешь, Придд?
– Ну не кошатник же твой!
Кэналлиец исчез. Алан не представлял, что Алва может надолго оставить жену, но Октавия была убеждена: ее герцог на стенах. Окделл не стал пугать молодую женщину, хотя надежда на то, что они когда-нибудь вновь услышат смех Рамиро, стремительно таяла. Спрашивать у регента или кансилльера не имело смысла – если Придд и Ариго приложили руку к исчезновению южанина, концов не найдешь. Регент рассудил верно – убей Алву и спи спокойно… Пока тебя не проглотит марагонец. Даже наплюй Окделл с Эпинэ на свою честь и прикончи обнаглевшего Спрута, Талигойю без Алвы не спасти.
Шарло и Алан рыскали по самым глухим закоулкам, распугивая кошек и крыс, но ничего не находили. Глубокой ночью они сдались. Шарло поплелся на стены, Алан, умирая от усталости, добрался до Обители Скал, рухнул на постель и провалился во тьму, из которой его вырвали голоса Михаэля фок Варзов и оруженосца. С трудом всплыв на поверхность сонного озера, Окделл уставился на непроницаемое лицо старого рыцаря.
– Что-то случилось? Рамиро?!
– Да, но не то, что вы думаете. Герцог Алва жив… Алан, он сдал город и Цитадель Оллару…
– Нет!
– Придд и Ариго убиты. Собирайтесь, нужно успеть!
– Да-да, сейчас…
Сдал Кабитэлу?! Как ему удалось, хотя что удивляться? Кэналлиец знал город, как свои пять пальцев. С бастардом они, надо полагать, сговорились, когда Алва отвозил письмо. Да, все сходится… Эрнани под арбалетными стрелами выбрал «вчера», Рамиро – «завтра», а что делать ему, Алану Окделлу?!
– Чего вы хотите от меня?
– Помогите спасти королеву и наследника. Прочих Бездомный вряд ли тронет, но юный Ракан живым ему не нужен. Шевелитесь, нужно успеть.
Они успели. Королева, совершенно одетая, с сухими красными глазами, сидела на молельной скамье, вцепившись в руку наследного принца. В который раз за последние безумные дни Алану показалось, что он спит, только сон, каким бы дрянным он ни был, никогда не перещеголяет явь. Где-то что-то горело, едкий дым просачивался в молельню ее величества, выедая глаза. За окнами явственно слышался шум приближающегося боя – кое-кто из защитников Цитадели предпочел умереть, но не сложить оружия.
– Ваше величество, мы с герцогом Окделлом имеем честь сопровождать вас в Агарис. – Граф фок Варзов не утратил своей обычной церемонности.
Вот как… В Агарис! А ты что думал? Что убьешь парочку выскочек, подсадишь королеву в портшез и вернешься домой? Ты не влюбленный мальчик, чтобы часами прощаться с женой. И, потом, Михаэль прав – Женевьев и Дикону ничего не грозит.
– Я счастлив служить вашему величеству.
Губы Бланш дрожали, но она нашла в себе силы поблагодарить. Во дворе что-то зашумело, раздался крик – Рамиро и Бездомный Король времени зря не тратили. Любопытно, как отсюда попасть в Агарис? Вряд ли их с Михаэлем мечей хватит, чтобы вырваться из города.
Королева подошла к старинному алтарю, где омываемый волнами Света Создатель хмуро взирал на двоих рыцарей, преждевременно увядшую женщину и бледного, пухлого мальчика. Неужели будет молиться?
Бланш преклонила колени перед алтарем, и одна из плит пола опустилась, открывая квадратный люк. Как же он забыл о знаменитой «Дороге королев»? Михаэль затеплил светильник и начал спускаться, королева с принцем последовали за стариком, Алану выпало замыкать шествие.
Ход казался запущенным, но безопасным. Это в подземельях Гальтары бродят потомки изначальных тварей; там текут подземные реки, там расположен алтарь Четверых, ждущий жертв во славу Золотой империи и ее владык. К счастью, в Кабитэле нет места магии, не считать же за таковую человеческие подлость и хитрость.
