Теперь все зависело от удачи и от быстроты его передвижения в темном подвале. Однако на одном из поворотов кто-то из десантников сумел-таки выйти ему наперерез.
Вынырнув из бокового коридора, пересекавшегося с тем, по которому бежал Глеб, десантник оказался сзади, и Глеб заметил его слишком поздно, когда сильные тренированные руки уже сомкнулись у него на шее в стальном захвате, прерывая дыхание.
Противник был намного тяжелее Глеба, и это давало ему дополнительное преимущество в короткой яростной схватке.
Резко нагнувшись вперед и одновременно падая на колени, Глеб сумел высвободить левую руку и вслепую послать в темноту за собой широкую полосу своего меча. Как всегда, он даже не почувствовал момента, когда меч вошел в живое тело, рассекая его легко, как бумагу. Короткий вскрик за спиной известил о том, что удар достиг цели. Руки на шее Глеба тотчас разжались, и он смог протолкнуть в свои измученные легкие порцию желанного воздуха.
Откашлявшись, он всмотрелся в темноту за собой и увидел серые силуэты преследователей - они были слишком близко, гораздо ближе, чем он рассчитывал.
Схватка задержала его, и теперь бежать дальше стало уже бесполезно. Вспыхнул ослепительный луч электрического прожектора и словно припечатал его к стене. До заветной двери оставалось еще метров пятьдесят.
- Брось оружие и не двигайся.
Этот спокойный хриплый голос не оставлял ни малейшей надежды, лазер тут же со звоном упал к ногам Глеба. Но оставался еще меч... Его они не будут опасаться, пока не поймут, что произошло с нападавшим десантником...
- Меч тоже и не делай глупостей, наши сканеры установлены на полную мощность, и поверь, парень, мне надоело за тобой бегать. Если ты дашь хоть малейший повод нарушить приказ доставить тебя на базу живым, я с удовольствием это сделаю.
Глеб не дал ему этого повода. Полный заряд сканера с такого расстояния вызывал необратимый паралич всех мышц. Меч последовал вслед за лазером.
Как только перед ним вспыхнул этот слепящий диск белого света, Глеб сразу же потерял свою странную способность видеть сквозь стены. Теперь он не мог рассмотреть даже собственных рук. И в этот отчаянный момент в той стороне, где стояли его противники, дважды щелкнул пистолетный выстрел.
Прожектор погас, и в последнем всплеске гаснущего света Глеб увидел, как падает на землю фигура того, кто держал в руках фонарь. Два пистолетных выстрела и два попадания.
Глеб знал лишь одного человека, который с такой неподражаемой виртуозностью владел этим старинным видом оружия.
4
Вдвоем с Крушинским им удалось продержаться до того момента, когда тревога, поднятая стрельбой, вызвала ответную атаку княжеских стражников. В узком и тесном подземелье стрелы оказались не менее эффективны, чем лучевое оружие.
Теперь они поменялись ролями со своими врагами. Зажатые с двух сторон десантники яростно оборонялись, стараясь пробиться к выходу и заботясь лишь о спасении собственных жизней.
Глеб, орудуя попеременно то мечом, то захваченным в бою лазером, не чувствовал ни малейшей жалости к тем, чьи трупы устилали пол.
Они охотились на него, как на зверя, подобравшись тайком ночью, и теперь несли заслуженную расплату.
Чтобы дать возможность княжеским лучникам вести прицельную стрельбу с противоположной стороны подвала, он время от времени выпускал в потолок широкий лазерный луч. Раскалившись добела, камни после такого выстрела довольно долго светились, испуская мертвый, нереальный свет.
Часть десантников, одетых в легкие защитные скафандры, оказались неуязвимы для стрел, но никакой скафандр не мог выдержать удар меча Глеба.
Наверно, именно такое оружие древние называли мечом-кладенцом, который сам собой рубит врагов.
Теснимая со всех сторон, неся большие потери, группа захвата в конце концов прорвалась к выходу сквозь ряды княжеских дружинников. Глеб не стал их преследовать.
Теперь он чувствовал лишь опустошение и леденящую усталость, которая накатывала на него в последнее время после каждого рукопашного боя, если приходилось проливать чужую кровь. Была ли причина этого мертвящего, отупляющего состояния скрыта в мече?
Вполне возможно, это оружие высасывало из него энергию как насос, и теперь он с огромным облегчением водворил меч обратно в ножны.
Когда смолкли звуки последних выстрелов и клекот десантного вертолета, уносившего восвояси изрядно потрепанных рейнджеров, затих вдали, Крушинский, внимательно наблюдавший за Глебом, спросил, словно не замечая его состояния:
- Как тебе удалось приучить к выстрелам княжескую дружину? Раньше они бросались врассыпную.
- Мне пришлось изготовить порох, чтобы сдерживать татарскую конницу.
- Не слишком ли ты рискуешь? Подобные вещи запрещены межпланетной конвенцией. Здесь только федеративных патрулей не хватало.
- Наши враги настолько многочисленны и сильны, что патруль уже ничего не изменит в сложившейся расстановке сил. Для того чтобы удержать город, годятся любые средства. Если падет эта цитадель, вся российская цивилизация будет отброшена назад.
- Этот мир навсегда отделился от нашего и не может влиять на историю России.
