Глеб выбрал такой порядок движения потому, что был вооружен лучше всех остальных и не хотел, чтобы кто-то заплатил жизнью за его решение, однако заставить подчиниться этому Васлава оказалось не просто.
- Я пойду с тобой.
- Кто-то должен охранять остальных. Они полностью измотаны. Ты будешь замыкать движение.
- Я пойду с тобой. Я так решил.
Он так решил... По опыту Глеб знал, что спорить с этим бесполезно. Существовал лишь один-единственный аргумент.
- Ты видишь вот это? - Он сунул князю под нос слабо мерцающий экранчик курсографа. Васлав сразу же попятился. Единственная вещь, которой боялся этот неустрашимый человек, называлась волховством. И под эту категорию легко попадали почти все необъяснимые, с точки зрения князя, явления.
- Что... Что это такое?
- Волховство, конечно. С его помощью я собираюсь найти гидру, но оно не будет действовать, если ты не оставишь меня одного. - Теперь все было в порядке и, наконец, он мог сделать то, что собирался.
Первый поворот, второй. Выигрывая время, для того чтобы выдвинуться вперед в тех местах, где пол позволял такое движение, Глеб переходил с ходьбы на медленный спортивный бег и постепенно отдалялся от отряда.
В этих мрачных туннелях двигаться намного труднее, когда рядом не ощущается плечо надежного друга и не с кем переброситься даже парой слов... Тени на стенах казались порой живыми, а тишина звенела от не прекращавшегося ожидания опасности.
Глеб подумал, что, возможно, и не было такой уж необходимости избавляться от общества Васлава, но что-то заставляло его остаться в одиночестве... Ему необходимо было обдумать стремительную цепь событий, вырвавшую его из стен запыленной московской квартиры и бросившую в невероятный мир. И сразу же одно-единственное воспоминание, одно-единственное имя заслонило все остальное.
Бронислава... Что с ней, жива ли еще? Страшные рассказы о пленниках манфреймовского замка русичи передавали друг другу шепотом, боясь навлечь беду одним только упоминанием этого места.
Для того, чтобы освободить Брониславу, нужно пробиться в замок. А вместо этого он удалялся от него все дальше, все глубже погружался в земные недра, и конца этому не было видно.
Варлам предупреждал, что дорога будет очень трудной и долгой, но, кажется, он так и не сумел подготовиться к ней в должной мере.
Если в начале этого пути, в своем родном мире, он чувствовал поддержку книги, то с тех пор, как она превратилась в невидимую ладанку на его шее, всякая связь оборвалась, если не считать короткого разговора в пещере, но он не был до конца уверен в том, что тот голос принадлежал книге.
Зачем же тогда тащить невидимый груз обязанностей, навязанных чужой волей обстоятельств, опасностей, к чему он придет, в конце концов? Где они, эти таинственные существа, которые, по уверениям Варлама, поручили ему заботу о книге?
Почему они не подскажут хотя бы правильный путь, и как долго еще будет продолжаться эта дорога, конца которой не видно?
Словно черный комар пищал у него в голове, нашептывая чужие мысли.
Неожиданно Глеб обнаружил, что бежит не один. И ничуть этому не удивился. Странное равнодушие холодом обдало его мозг.
Невысокий человек, в сюртуке и при шляпе, появился из мелькающих теней и пошел рядом с бегущим Глебом. Он именно шел мелкими шажками, не прилагая ни малейших усилий, и тем не менее, словно скользя над полом, двигался все время рядом с бегущим Глебом.
- Добрый день, - произнес человек, снимая шляпу и вытирая совершенно сухой лоб. - Жарковато здесь, однако.
Глеб окинул взглядом его странный для пещерного мира и вообще для этой эпохи наряд - клетчатую пару, аккуратно завязанный галстук, бакенбарды, человек напоминал банковского клерка двадцатых годов. Глеб сохранил способность трезво мыслить и отмечать мельчайшие подробности окружающего, вот только перестал удивляться чему бы то ни было.
- Вас, очевидно, поразил мой костюм. Но, знаете, приходится работать одновременно в нескольких временных зонах и порой совершенно нет времени даже для того, чтобы переодеться.
- Кто вы такой? - спросил наконец Глеб, хотя это сейчас казалось ему совершенно неважным.
- Порученец. Дилер - если хотите более научное название. Мне дают различные коммерческие поручения, и я стараюсь их выполнить с наилучшими для клиентов результатами.
- Себя небось тоже не забываете?
- Ну что вы! Благополучие клиента определяет и мое благополучие, поскольку я получаю определенный процент от каждой сделки, независимо от ее результата.
- Ну, и что же вы от меня хотите? Неужто непредвиденное наследство?
- Нет, нет! - Человечек замахал руками. - Такими мелочами я не занимаюсь. У каждого из нас, знаете ли, свой класс. Я работаю только на крупных сделках. Купля-продажа, большие пакеты акций. В данном случае клиент поручил мне приобрести у вас одну вещь.
- Какую вещь?
- Я сам мечтал узнать, какую? Клиент сказал, что вы знаете, о чем идет речь. Очень странный договор. Но, судя по цене...
- И какова же цена?
