24.08.2005 г. Утро не принесло долгожданного облегчения: я проснулась с мучительной головной болью и непонятным внутренним беспокойством. Через некоторое время пришла Майя, она помогла мне одеться и спуститься к завтраку. Есть совершенно не хотелось, и я ограничилась лишь стаканом апельсинового сока. Вскоре подошел Кирилл.
– Ну что, пойдемте на прогулку. Я вам тут все покажу.
– Да, хорошо бы…
– У меня для вас маленький сюрприз! – улыбаясь, произнес Кирилл. – Смотрите, что я раздобыл.
Я обернулась.
– Думаю, на коляске вам будет удобнее передвигаться, пока нога не восстановится, и вы не сможете ходить самостоятельно.
– Да, с костылями у меня плохо получается управляться.
Майя помогла мне пересесть в коляску, и мы поехали. Д. ждал нас на крыльце. Я вздрогнула, когда его увидела, но, тем не менее, мы втроем отправились гулять по окрестностям санатория.
– Вы сегодня бледны? – спросил Кирилл.
– Не очень хорошо себя чувствую.
– Ничего, через три-четыре дня освоитесь, и все придет в норму. Горный воздух творит чудеса!..
5.09.2005 г. Прошло две недели, как мы в Кисловодске. За окном начало сентября, а погода стоит прекрасная. По словам Кирилла, осень в Кисловодске – самое замечательное время года, когда пасмурных дней практически не бывает и все дни напролет стоит солнечная безветренная погода… Божья благодать! А воздух такой прозрачный и чистый. Единственное к вечеру, если подольше задержаться в парке, начинает сквозить прохладой с кавказских гор и ощущаться дыхание осени.
А что еще нужно для отдыха и оздоровления? Я быстро пришла в форму и душевно и физически. Здешний воздух бодрит и дарит просто необъятный прилив сил. Все невзгоды, кажется, отступают, и в душе поселяются мир и покой…
Буквально на четвертый день я почувствовала себя лучше. Первым признаком было то, что я проснулась ни свет ни заря. На улице только-только начинало светать, хотя первые дни спала до завтрака и спускалась в столовую сонная и зевающая. Но не в тот день! Пока делала кое-какие записи в дневнике, не заметила, как взошло солнце и наполнило номер яркими лучами, которые то и дело пробивались сквозь тонкие ситцевые занавески, висящие, видимо, больше для создания уюта, но никак не для того, чтобы защищать от света. Приподнявшись с кровати с помощью костылей, подошла к окну и раздвинула их; яркие лучи озарили лицо и я, сморщившись, отвернулась. Мне захотелось от души потянуться навстречу новому дню, но с костылями это вызвало затруднения.
