– Я не понимаю, почему эти военные выбрали меня у них главным, но, как ни странно, мы с ними сработались… Да… – Он пожевал губами. – Почему тут воскресают убитые, я и сам не понимаю – какая-то мистика… Картографию данной местности представляю себе весьма слабо, да и немцы, я думаю, тоже: нам доводилось брать пленных… Э-э-э, как это называется? «Языка»! Да, вспомнил… Так вот они рассказывают примерно то же самое, что и мы сами видим. Возникают иногда подкрепления, иногда – наоборот, исчезают целые дивизии. Не до изучения местности, скажу я вам… Да… Город тянется далеко, километров на сорок: там у немцев штаб где-то… Говорят, что дальше джунгли, но немцы рассказывали, что за ними опять какие-то дома и улицы, хотя там никого не видели, кроме мертвецов и тараканов… Летчики рассказывают, что выше полутора-двух километров самолеты не поднимаются: сопротивление воздуха резко возрастает, нагревается корпус, скорость падает до критических отметок… Да… Флора с фауной тоже необычная: мертвецов даже не знаю к чему причислить… Враги они, конечно, не самые опасные, но когда их много… Неприятно, знаете ли… Некоторые солдаты их «кадаврами» называют… Тараканы очень быстро двигаются, шипы у них острые, да и челюсти… Вот такие. – Он развел ладони в воздухе. – Есть и другие насекомые, поменьше… Крысы очень большие… Грифы бывают, люди какие-то странные – в перьях, с голубой кожей, вараны, своры собак, огроменные такие, Золотые Шары… всего и не перечислить… Две недели назад наши разведчики видели странно одетых людей, которые сражались на мечах. По описаниям я понял, что это были настоящие средневековые рыцари и японские самураи… Я даже не поверил сперва… Да… Я здесь уже четыре месяца, если хронометр не врет, – темного времени суток не бывает тут… Все это, конечно, напоминает гигантский кошмарный сон, я сам это понимаю, но люди привыкают быстро. Среднее время до исчезновений – от месяца до полутора лет, – не знаю, с чем это связано. Я пытаюсь вести исследования, но сами понимаете, до этого редко руки доходят…
Он вздохнул, а я продолжал сидеть на колченогом табурете и молчать, стиснув виски руками. Выяснилось, что тут пригодный для дыхания воздух, поэтому шлем я в помещениях снимал и кислорода не использовал, да и осталось-то его часа на два максимум.
Рюкзак и большую часть снаряжения я где-то потерял, зато автомат, НЗ и КПК были при мне. Выяснилось, что и оружие и продукты здесь можно найти… Мой разум бурлил и пенился – я отказывался принимать реальность этого места, я пытался хоть немного сосредоточиться и понять – что мне делать дальше в этом кровавом сумасшедшем доме? И возможно ли тут искать Ирину с Крисом…
– Вы помните, как вы сюда попали? – спросил я медленно, словно для поддержания разговора.
– Нет, – он опять вздохнул, – не помню. Есть какие-то обрывочные воспоминания, но ничего конкретного… Просто раньше я явно был не здесь – это факт… В голове всплывает одно и то же название – город Ленинград…
Я задумчиво покачал головой:
– И у всех здесь так?
– Насколько я успел заметить, почти, – ответил Доктор. – Вспоминают, но… Ничего существенного…
– Вас все это не пугает? – Голос мой прозвучал глухо.
– Пугает, конечно, – ответил тот. – Возможно, мы здесь по какой-то совершенно нелепой случайности… Вот вы откуда сами будете, помните?
– Я с Марса, – ответил я.
Он как-то дико посмотрел на меня, и глаза под линзами очков выглядели особенно растерянными и встревоженными.
– Да… – протянул он. – Значит, люди все же полетели на Марс… Как там?
– Хреново, – ответил я бесцветным голосом.
– Марсиане оказались враждебны?
– Нет никаких марсиан – люди оказались враждебны друг другу…
Тот кивнул.
Я оглядел скудную обстановку блиндажа, где на столе, сколоченном из досок ящиков от снарядов, стоял древний компьютер, громоздкий телефакс и черный эбонитовый телефон.
– Одно с уверенностью могу сказать, – продолжил Доктор после небольшой паузы, будто что-то обдумывая, – место это по какой-то причине нашпиговано аномалиями. Я замерял радиацию – она в норме, разве что возрастает, когда появляются Золотые Шары, их еще мороками называют. По всей вероятности, это место выхода какого-то очень мощного потока энергии. Мощного до такой степени, что он как-то воздействует на пространственно-временной континуум, создавая некое Вероятностное Поле на квантовом уровне материи… Возможно, все мы здесь – всего лишь фантомы… Хотя… Я вот вчера руку порезал… Больно было…
Он вновь замолчал.
– Вы физик? – спросил я.
– Возможно, что да, – задумчиво кивнул Доктор.
Тут я заметил, что в проеме входа в блиндаж уже минуты две стоит боец с короткоствольным автоматом и, раскрыв рот, с немым обожанием глядит на Доктора, как на пророка или вождя.
– Док, разрешите обратиться, – робко произнес он.
– Разрешаю, Сережа, – устало махнул тот рукой.
– С правого фланга в районе водонапорной башни отбили атаку японских милитаристов! Потери незначительные, захвачены бронемашина и два грузовика.
– Молодцы, ребята, – как-то тепло и по-отечески похвалил Доктор. – Всем отдыхать, поставьте новых дежурных…
