И действительно, вскоре перестрелка стала затихать, удаляясь, а затем и совсем прекратилась.
Дорогой Мишка подробно рассказывал Оводу, как он с помощью Ю-ю вырвался из лап бандитов, как они мчались в полк Деда, как проследили потом шайку Махно и разыскали, наконец, Черную балку…
А Овод особенно подробно рассказал о девушке, осмелившейся заступиться за него перед зверем Махно.
— А где это было? — заинтересовался Следопыт.
— На водяной мельнице. Я узнала об этом, когда палач вынес меня из комнаты.
Следопыт в раздумье почесал затылок:
— Так ты говоришь, девушка назвала себя твоим другом?
— Назвала…
— А Махно обругала зверем?
— Зверем.
— И тот не убил ее?
— Нет, даже назвал ее милой красавицей.
— Гм… странная штука. Тут что-то есть этакое, — нахмурив лоб, изрек Мишка, — А девка все-таки молодчага. И смазливая, говоришь?..
— Как в сказке, — улыбаясь, ответил Овод.
— Ишь ты…
Путники незаметно продвигались вперед и к восходу солнца уже нагнали свой полк.
Трудно себе представить радость и удивление старого полковника и буденовцев, когда они услыхали о возвращении уже похороненного всеми Овода. Узнав подробности о пытке и геройском поведении Овода, его пришел навестить сам Буденный. А вскоре он послал рапорт высшему командованию с просьбой о награждении орденами наших героев.
На другой день Конная армия Буденного всесокрушающей силой двинулась вперед, очищая от врагов советскую землю. К великому огорчению Деда, Овод был еще так слаб, что его пришлось оставить в ближайшем госпитале, а вместе с ним остались, конечно, и его друзья — Следопыт и Ю-ю.
Расставаясь с ребятами, старый полковник обнял и расцеловал каждого по очереди.
— Берегите себя, хлопцы, — наказывал он, моргая покрасневшими глазами, — зря на рожон не лезьте и бейте беляков с умом. Я вас в партизанский отряд сдам. Нас уж вы не догоните…
Любимый буденовский полк ушел вместе с армией, ушел и Дед…
И опять трое юных бойцов-разведчиков закружились в кипящем котле кровавой войны.
А пока три друга ищут свое место в строю, расскажем читателю, как Овод попал в штаб Махно.
Во время одной из стычек буденовцев с махновскими бандитами Овод заметил на поле боя тяжелораненого деревенского парня: он горько плакал над трупом старого бандита. Парень был без оружия, в крестьянской одежде. На вид он казался не старше Овода. Из допроса в штабе полка выяснилось, что это сын убитого старшины Мельниченко, верного друга и соратника Махно. Он возглавлял одну из его шаек, которая и была уничтожена буденовцами. Уцелел только этот парень. По его словам, отец впервые взял его с собой, с тем, чтобы передать самому Махно в качестве ординарца. По документам и письмам, найденным в кармане старого Мельниченко, рассказ парня подтвердился.
Такой случай Овод решил немедленно использовать и, посоветовавшись с друзьями, составил план действий. Нарядившись в одежду пленного парня, с документами отца явиться к Махно под именем сына убитого старшины, втереться к нему в доверие и остаться при штабе. Мишка и Ю-ю будут держать связь с полком и доставлять добытые сведения.
С некоторым сомнением и неохотой полковник одобрил план красных дьяволят.
Вскоре наши разведчики проследили банду Махно. Переодетый Овод, «весь в слезах» и проклиная красных, явился к атаману. Он просил принять его в банду, чтобы отомстить буденовцам за смерть отца.
Весть о разгроме шайки Мельниченко разъярила Махно, но просьбу его «сына» он решил удовлетворить, а в знак согласия ожег его плетью и приказал зачислить казачком при своей особе.
Скрипнув зубами, Овод стерпел «ласку» бандита и поклялся отплатить ему сторицей. А как он выполнил свою клятву, читатель уже знает.
Через десять дней после описанных событий, глубокой ночью, по дороге из города выехал большой красный автомобиль. Он был изрешечен пулями, осколками снарядов, но летел, как буря, поднимая облака пыли и наполняя безбрежную степь тревожным гулом. Вслед за ним мчался отряд вооруженных всадников.
В автомобиле сидели трое военных в кожаных куртках. Один из них, небольшого роста, широкоплечий, поместился на откидной скамеечке, держа наготове маузер и зорко вглядываясь в темноту ночи. Двое за его спиной тихо переговаривались между собой:
— Признаться, я очень опасаюсь засады.
— Да. Я тоже думаю, что надо быть начеку…
— В самом деле: никому не известный бандит вызывает на свидание командира красных партизан, обещая помощь против Махно. Согласитесь, что все это очень странно и пахнет провокацией.
— На всякий случай за нами следует полуэскадрон надежных рубак…
— Это, конечно, хорошо. Впрочем, неожиданного нападения я не боюсь: с нами едет такой разведчик, о котором говорят, что он чует махновца за сто верст…
Путники смолкли. И только глухой рокот мотора да отдаленный гул лошадиных копыт нарушали тишину ночи.
Вдали показались черные контуры леса. Автомобиль спустился в ложбинку.
— Стойте, — сказал невысокий военный, приподнимаясь с сиденья.
Автомобиль остановился.
— Что случилось, товарищ?
