1919 год. Тяжёлая осень. Тревожные дни. Бьются на востоке наши войска с Колчаком. Бьются на юге против Деникина. Мало было под Петроградом красных войск. Быстро шёл вперёд генерал Юденич.
Торжествуют белые:
— Взяли Лугу!
— Дошли до Гатчины!
— Взяли Красное Село!
— Взяли Детское Село!
— Захватили Павловск!
Приблизились белые к станции Лигово. Совсем это рядом с красным Петроградом.
Зашевелились русские богатеи, те, что бежали после Великой Октябрьской революции в Англию, во Францию и в другие страны. Торжествуют русские помещики и капиталисты: рядом с Петроградом войска Юденича! Верят они, что Юденич возьмёт Петроград. Клятву в том дал генерал Юденич.
Зашевелились русские богатеи, стали собираться домой — в Петроград, в Россию.
Стал собираться и князь Юсуповский. Из далёкой Дании, из города Копенгагена. Вот ведь куда сбежал! Собрал чемоданы, коробки, тюки, баулы.
Ждёт он сообщений о взятии белыми города Петрограда.
Дождался. Сообщили датские газеты, что войсками генерала Юденича взят Петроград.
Прослезился от известия такого князь Юсуповский. Получает поздравления от богатеев датских.
— Поздравляем вас, князь Юсуповский!
— Желаем вам, князь Юсуповский!
— Слава генералу Юденичу! — крикнул в ответ Юсуповский.
Тронулся в путь Юсуповский. Доехал до Пскова, доехал до Гатчины. В Детское Село с чемоданами, с коробками, с тюками, с баулами прибыл.
— Не взят Петроград, — говорят Юсуповскому.
— Как не взят? А газеты?
Разводят руками белые офицеры.
— Поторопились газеты. Ошиблись.
Сидит князь Юсуповский на чемоданах своих и баулах. Ждёт, когда же Юденич возьмёт Петроград.
Рядом болонка сидит на привязи. Тоже смотрит в сторону Петрограда. Смотрит. Скулит по-собачьи. Тявкает.
Ждут они день. Ждут они два.
Так и не дождались. Не смог Юденич взять Петрограда.
Ясно всем: снова бежать пора.
Фабрикант Габардиносуконский тоже собрался в Россию. В дни Октябрьской революции Габардиносуконский бежал дальше, чем князь Юсуповский. В столице Великобритании в городе Лондоне укрылся богач российский.
И вот прочёл Габардиносуконский в английских газетах, что войсками генерала Юденича взят Петроград.
Сложил, как и Юсуповский, Габардиносуконский свои вещички. Стал прощаться с английскими богатеями:
— Спасибо за кров, за приют:
Кивают головами английские богатеи.
— Спасибо за хлеб, за соль.
Кивают головами английские богатеи.
— Спасибо за помощь нашим войскам.
Улыбаются английские богатеи:
— Люди свои — сочтёмся.
Много разного военного снаряжения передали английские капиталисты генералу Юденичу. Пушки, пулемёты, снаряды, патроны. Сахар, крупа, консервы. Башмаки, сапоги, рубахи.
Благодарит Габардиносуконский от имени русских капиталистов капиталистов английских за щедрую помощь:
— За нами не пропадёт.
Повторяет, как и они:
— Люди свои — сочтёмся.
Важно уселся Габардиносуконский в автомобиль. Важно тронулся к кораблю, к пароходной пристани. Сопровождают его английские богатеи.
Едут автомобили по одной из главных лондонских улиц. Вдруг — что такое?! Нет впереди проезда. Занята улица демонстрантами. Транспаранты над колонной. Читает Габардиносуконский слова на плакатах:
«Руки прочь от Советской России!»
Поморщился Габардиносуконский. Лондон — и вдруг такое! Поморщились английские богатеи. Дали они шофёрам команду объехать демонстрантов соседними улицами. Свернули машины в соседние переулки — в один, во второй, — объехали неприятное место. Снова выкатили машины на широкую улицу. Что такое?! И здесь, и по этой улице во всю её ширь идут демонстранты. Транспаранты колышутся в воздухе. Читает Габардиносуконский:
«Руки прочь от Советской России!»
Снова пришлось объезжать им улицу. Но вот наконец добрались они до пристани.
Стоит у причалов корабль-красавец. Блеском сверкают борта и палуба. Трубы поднялись в небо.
Подкатили машины к корабельному трапу. Вышел из автомобиля Габардиносуконский. Видит: плакат висит на пароходе. Читает Габардиносуконский, читают английские богатеи:
«Руки прочь от Советской России!»
Забастовали английские докеры. Отказываются они, не хотят для белых генералов в Россию грузить оружие.
Не отправляется пароход. Замер, стоит у пристани.
«Руки прочь от Советской России!» — за сто километров видно.
— Руки прочь от Советской России! — на всех континентах слышно.
Наврали буржуазные газеты. Не взят Петроград Юденичем.
Прохор Измайлов был человеком сугубо штатским. Не думал Прохор Измайлов, что пройдёт всего лишь одна минута, и станет он вдруг военным.
Павел Пахомов ещё более штатский, чем Прохор Измайлов. Не думал вовсе Пахомов Павел, что пройдёт всего лишь одна минута, и он станет военным.
Не думал о том и Андрей Бессонов. Прохор Измайлов, Павел Пахомов и Андрей Бессонов — рабочие. Потомственные, кадровые. Жили в городе Шлиссельбурге. Теперь этот город называется Петрокрепость. Работали на пороховом заводе.
